– Фрикадельки, – ответил Свен и опустил глаза.

Викинг погладил его по щеке – брату это нравилось.

– Я расскажу тебе одну вещь, но ты, пожалуйста, не пугайся, – сказал Викинг. – Я поеду в больницу на операцию – помнишь, как тебе удаляли аппендицит.

Брат начал заламывать руки, поднялся, встал спиной к Викингу.

– Свен, сядь, посиди со мной.

Но брат отошел к окну, продолжая интенсивно заламывать руки, нервно перетаптываясь на месте. Викинг поднялся, подошел, обнял его. Нижняя губа у Свена дрожала, в глазах был страх.

– Ты же помнишь, как все было, когда тебе пришлось поехать в больницу, – сказал Викинг. – Там все очень добрые.

– Тебе будут делать уколы?

– Наверняка, и даже много. Это немножко больно, но ничего страшного, ведь от них выздоравливают.

– Я не люблю уколы, – сказал Свен.

– Думаю, их никто не любит, – сказал Викинг. – Но я знаю, что ты не боишься ни уколов, ни анализов крови. Я просто хотел рассказать тебе об этом, чтобы ты понял, почему я некоторое время не смогу тебя навещать.

– А на мой день рождения ты придешь?

– Посмотрим, что скажет доктор. Но как только я поправлюсь, сразу приеду, заберу тебя, и мы поедим пирожных в кафе Хольмдаля.

Свен неуверенно улыбнулся.

– Пирожное «Картошка»? – спросил он.

– С большой кружкой какао, – заверил Викинг.

Видсель он покинул со странным чувством.

Полицейское заграждение на мосту возле Видваттнета уже убрали, пробоину в перилах временно заделали. Остановившись на северной стороне, он припарковал машину на площадке у моста, с видом на медленно текущую реку. Не выходя из автомобиля, достал телефон, нашел номер первой свидетельницы – женщины, у которой лицо размазалось от дождя. Ему пришлось звонить три раза, прежде чем она сняла трубку.

– В чем дело? У меня важное совещание.

Голос ее звучал недружелюбно.

– У меня еще один важный вопрос, – сказал Викинг. – И я хочу, чтобы вы подумали, прежде чем ответите.

– Мне больше нечего сказать. Я не совершила ничего плохого.

Викинг заговорил медленно и четко.

– Прямо перед аварией или в связи с ней, на мосту или возле него – вы не помните других машин? Или людей, одного или нескольких?

Он услышал на заднем плане разговоры и смех. Похоже, в важном совещании объявили перерыв на кофе.

– Что? – переспросила женщина.

– Подумайте. Не стояли ли, например, машины на площадке рядом с мостом? На северной стороне?

– На какой площадке?

– К северу от Витваттнета есть площадка с видом на реку.

– Что вы имеете в виду? Что кто-то сидел там и перекусывал? Под проливным дождем?

Поблагодарив ее за помощь, он положил трубку.

В пансионате Стентрэска в последнюю неделю не было иностранцев, кроме норвежцев с Ракетной базы. А вот в отеле в Стурфорсене, как обычно, проживало несколько иностранных групп, занимавшихся испытаниями новых моделей автомобилей. Эти испытания, обкатка новых прототипов автомобильных гигантов, проводились вокруг Стентрэска более пятидесяти лет, но в последнее десятилетие объемы удвоились. Сотни людей и десятки предприятий занимались тестированием новых машин в экстремальных условиях. Викинг где-то читал, что общий оборот по этим испытаниям составлял около полумиллиарда крон каждый год. Здесь имелись все предпосылки для успеха – субарктический климат, огромные пространства в сочетании с высокими технологиями и сервисом.

«Край света, – подумал Викинг.