Мужчины нерешительно замялись.

— Во имя гармонии и постижения единства мира, соглашайтесь. Откажетесь, хуже будет всем. — Светоч исчерпал аргументы для уговоров.

— Если вскроется правда, будет хуже. — Произнес один из них.

— Хуже будет от того, что вы подставите живого человека мертвой бездушной машине, которая требует от вас полного подчинения, ради своих непонятных планов. Сегодня она требует в качестве жертвы меня, завтра другого, но потом обязательно доберется и до вас. Вы на крючке, но это ваш выбор оставаться на нем или слезть. До новых встреч. — Светоч мысленно попросил ментаграмму заказать машину и направился к дороге.

Он расстроился, что не сдержался и выдал кощунственные мысли, порочащие МАК. Горожан это могло напугать сильнее, чем нож в кармане агрессивного человека. Светоч сел в подъехавший автомобиль и поехал к штаб-квартире банды «дикарей». Ему не терпелось скорее приступить к поискам Коломбины. Боялся, конечно, что МАК мог умертвить её, но надеялся, что это не так.

— Температура ступней близка к критически низкой, советую скорее вернуться в ап… — ментаграмма умолка, не договорив.

Машина набрала скорость и внезапно в ней потухли все экраны. Она дернулась одновременно с замолчавшим электродвигателем и свободно покатилась по дороге. Светоч выглянул в окно и увидел, что в городе не светится ни одна вывеска, а транспорт хаотично разъезжается во все стороны. Миссия, ради которой он вернулся в Тулсу, удалась.

Глава 21

Светочу повезло не столкнуться лоб в лоб с другими неуправляемыми автомобилями. Машину потянуло вправо. Скорость загасилась о невысокие бордюры, затем ее ударило вскользь о дерево. Машина окончательно остановилась, ударившись о невысокое ограждение парка. Тем не менее, от удара Светоча бросило вперед на лобовое окно-экран. Он ударился лбом до хруста в шее и резкой пронзающей боли. Шапка на голове смягчила удар, иначе бы он рассадил себе кожу.

Пару минут Светоч ничего не соображал. Слышал шум, крики, глухие удары, но не осознавал их. Последствия обжигающей боли медленно утихали, позволяя разуму делать свое дело. Ментаграмма при этом молчала. Светоч посмотрел в боковое окно. Движение шеи отозвалось болью в основании черепа. Даже закрыл глаза, чтобы дождаться ее окончания. Открыл, когда отпустило. Рядом с ним в беспорядке стояли, лежали на боку и крыше десятки мятых автомобилей. Народ бесцельно бегал вокруг них и шумел. Вечерело, но огни в городе не зажигались. Огромные небоскребы бросали на улицы густые длинные тени, предвещая скорое погружение в полный мрак.

Светоч подергал рукоятку открытия двери, но ничего не произошло. Замки контролировал МАК, чтобы знать, кто, когда и сколько раз пользовался машиной. Вспомнил про монтировку и с досадой признал, что оставил ее дома. Тяжелая большая железяка здорово мешала передвижению по городу. Он толкнул рукой боковое окно, но этого оказалось недостаточно. Лег поперек сидений и уперся ногами в стекло. Оно выдержало усилия, но сдался дверной замок. От удара о дерево дверь деформировалась и едва цеплялась скрепляющим механизмом за ответную часть на стойке кузова.

Светоч выбрался на улицу и погрузился в творящееся там сумасшествие. Народ полностью потерял разум от того, что его перестали контролировать. Они стали похожи на людей, прочитавших свой смертный приговор. Это была абсолютная паника безумствующей толпы. Все, кто пробегал мимо него, несли на лице эту печать растерянного безумия. Мир рухнул, а они понятия не имели, как существовать вне него. Светоч помог пожилому мужчине выбраться из машины, разбив окно обломком чугунной ограды.

— Держи.