Мальчики сглотнули. Но тут Тэм снова улыбнулся:

— Хватит об этом. Так, у тебя ведь осталась светосфера?

Еще не опомнившись от его рассказа, Уилл рассеянно поглядел на дядю. Наконец он взял себя в руки и кивнул.

— Хорошо, — сказал Тэм, достав из кармана маленький сверток и положив его на стол перед мальчиком. — Вот эти штучки тоже пригодятся.

Уилл неуверенно потыкал его.

— Не бойся, посмотри, — успокоил его дядя.

В свертке оказалось четыре небольших неровных черно-коричневых камешка.

— Узловатые камни! — воскликнул Кэл.

— Да. Их труднее встретить, чем улитку в сапогах, — улыбнулся Тэм. — Про них кое-что говорится в старых книгах, но своими глазами их видели только мы с ребятами. Это Имаго где-то откопал, спасибо ему.

— А зачем они? — спросил Уилл, разглядывая странные камни.

— Здесь, внизу, тебе не победить ни одного колониста, а тем более стигийца, в честной драке. Есть только одно средство: засветить и бежать, — объяснил Тэм. — Если тебя загонят в угол, просто разбей такой камень. Швырни его во что-нибудь твердое и зажмурься — там внутри такой яркий свет, какого ты и вообразить не можешь. Надеюсь, они не испортились, — сказал дядя, взвешивая камешек в руке. — Ну что, как, по-твоему, справишься ты?

Уилл кивнул.

— Хорошо, — сказал Тэм.

— Спасибо, дядя. Не знаю, как тебя… — сбивчиво начал Уилл.

— Не надо, мальчик мой.

Тэм взъерошил ему волосы, а потом опустил глаза и несколько секунд молчал. Эти секунды показались ребятам целой вечностью — очень уж не вязалась тишина с характером дяди Тэма. Уилл и не представлял, что этот шумный общительный человек может быть таким. Он решил, что дядя пытается скрыть волнение. Но когда Тэм поднял голову, на его лице сияла широкая улыбка.

— Я знал, что так будет, — бодро пробасил он. — Рано или поздно… Мы, Маколеи, никогда не бросаем близких в беде. Мы за них боремся до последней капли крови. Ведь ты бы все равно попытался вытащить Честера и отправился следом за отцом, и неважно, помог бы я тебе или нет.

Уилл кивнул, чувствуя, как глаза наполняются слезами.

— Так я и думал! — загудел дядя Тэм. — Прямо как мать… как Сара… Настоящий Маколей! — Он крепко схватил племянника за плечи. — Головой-то я понимаю, что тебе надо идти, а вот сердце говорит, чтобы не отпускал.

Он прижал Уилла к себе и вздохнул.

— Жаль, жаль… Эх, как бы мы тут, внизу, веселились втроем… На славу веселились бы.

Уилл, Кэл и Тэм проговорили допоздна. Всю ночь Уилл пролежал, не сомкнув глаз.

Рано утром, пока никто еще не проснулся, Уилл собрал рюкзак и засунул в ботинок карту-платок, которую ему дал дядя Тэм. Светосферу и узловатые камни он положил в карманы, а потом растолкал Кэла.

— Я ухожу, — прошептал он, как только брат открыл глаза.

Кэл сел в постели, почесывая голову.

— Спасибо за все, Кэл, и попрощайся за меня с бабушкой, хорошо?

— Конечно, — ответил ему брат, а потом нахмурился. — Знаешь, я бы все отдал, лишь бы пойти с тобой.

— Знаю, знаю… но ты же помнишь, что говорил Тэм. Одному выбраться легче. Да и семья твоя здесь, — сказал он наконец и развернулся к двери.

Уилл на цыпочках спустился по лестнице. Он был воодушевлен тем, что снова отправляется в путь, но не ожидал, что ему будет жаль покидать это место. Стоило ему только захотеть, и он мог бы остаться здесь, где уже не чувствовал себя чужим, а не бросаться с головой в неизвестность, рискуя всем.