— Я знаю. Именно поэтому мамины дни сочтены. Я проработаю в этом отеле еще месяц, а потом уеду к своим родным, потому что я должен быть рядом с ними. На заработную плату аниматора всех не прокормишь, а ведь я еще и в институте учусь. Придется работать круглые сутки. Я не боюсь работы, мать жалко. Страшно от того, что я не могу ей помочь.

— А если ей сделают операцию, то она будет жить?

— Операция должна спасти ей жизнь. Так сказали врачи.

— Господи, а что же делать?

— Уже ничего не сделаешь, — обреченным голосом произнес Мустафа. — От этой беспомощности я не нахожу себе места. Наташа, я всегда буду о тебе помнить и, несмотря ни на что, всю жизнь буду продолжать тебя любить.

— Мустафа, да что ты такое говоришь? Неужели нельзя ничего сделать?

— Ничего. Не могу же я выйти с протянутой рукой и просить на операцию для своей матери.

— Мне очень жаль твою маму — Я знаю. Ты всегда искренне за меня переживаешь.

— И ты не приедешь ко мне зимой в Москву?

— Нет, — покачал головой Мустафа.

— Но почему? Как же так?

— Мне не на что ехать, — признался Мустафа, и это признание далось ему с огромным трудом, потому что никогда раньше он не жаловался мне на то, что у него нет денег.

— Я найду деньги на поездку. Это мои проблемы.

— Дело даже не в этом. Я просто не знаю, что будет дальше. Я не могу оставить своих родных. Наташа, забудь меня. Зачем тебе нужен бедный турецкий парень, на которого навалились такие тяжелые проблемы? Ты очень красивая девушка и сможешь встретить парня, у которого нет проблем. Ты найдешь свое счастье. Мне очень жаль, что все так получилось!

— Но мне не нужен парень без проблем! Мне нужен ты! — вырвался из моей груди крик отчаяния.

— Извини, — убито произнес Мустафа и обнял меня с такой силой, словно мы вот-вот должны друг с другом расстаться.

Всю ночь я практически не спала. Я лежала на плече у своего любимого и много думала. Ранним утром я ласково пощекотала перышком по его лицу и прошептала:

— Доброе утро, любимый.

— Доброе утро!

— Мустафа, твоя мама будет жить. Я найду деньги на операцию.

Мустафа поднял голову и растерянно захлопал ресницами.

— Что ты сказала?

— Я говорю, что я найду деньги на операцию для мамы.

— Наташа, но ведь это пятнадцать тысяч долларов! Ты понимаешь, насколько велика эта сумма?

— Я все прекрасно понимаю. Через несколько дней я улетаю в Москву, но совсем ненадолго. Я скоро вернусь обратно.

— Что это значит?

— Это значит, что я найду деньги. Я голову расшибу, но найду деньги для того, чтобы не дать твоей матери умереть. А что касается твоих родственников, то я готова им помогать.

Мустафа поднес мою руку к своим губам и поцеловал ее с присущей ему страстью.

— Наташа, я очень ценю твои слова и твое желание мне помочь, но ведь ты не миллионерша и целыми сутками работаешь только на то, чтобы приезжать ко мне и быть со мной рядом.

— А мне не нужна жизнь, в которой тебя нет рядом. Я найду деньги, даже если мне придется пробить головой стену.

Все остальные дни пролетели словно во сне. Днем я загорала на пляже, а все ночи напролет проводила с Мустафой и без остатка отдавалась нахлынувшим на меня чувствам. До Мустафы я никогда в жизни не знала, что такое неистовство. Это была какая-то дикая, необузданная страсть. Казалось, еще совсем немного — и она запросто сожжет тело.