Плох тот солдат, кто неразумно использует краткие мгновения передышки. Еще до конца не отдышавшись, Грабл лег на траву, сырость которой его мокрая спина просто не ощущала, и, закрыв глаза, попытался погрузиться в состояние, близкое к дремоте. Заснуть моррон не боялся. Едва из его рта донесся бы храп, как вокруг появилось бы полно охотников разбудить чужака пинком в толстый бок. Однако судьба распорядилась иначе. Грабл не успел и минуты насладиться неподвижностью уставшего тела, как послышался громкий крик, сопровожденный для пущей верности несильным тычком копья в коленку.

– Эй, коротышка, подь сюды! – прокричал командир лесного отряда, а сидевший рядом солдат не поленился ткнуть отдыхавшего чужака тупым концом древка.

– Чо надо?! – недовольно пробасил в ответ Грабл, тут же сев на землю, но не спеша подниматься дальше.

– Подь, говорю, мерзкая рожа! – настойчиво повторил приказ бывший рыцарь и, желая оскорбить непокорного строптивца, хлопнул ладонью по ноге.

По округе тут же прокатился дружный хохот. Ни для кого не секрет, что таким способом господа подзывали к себе рабов и собак… существ низких и не достойных иного обращения. Стиснув зубы, моррон стерпел обиду. Теперь уж и он с вожделением ожидал окончания похода, чтобы поквитаться с лишенным титула рыцарьком, бывшим ныне таким же, как и он, простолюдином, но не считавшим нужным избавляться от прежних, господских привычек.

Нехотя поднявшись и отряхнув прилипшие к потному телу стебельки травы, моррон медленно направился к стоявшему в каких-то десяти-пятнадцати шагах командиру отряда. Шагая сквозь толпу лежавших и сидевших на траве солдат, Грабл стоически терпел презрительные ухмылки и раздающиеся за спиной смешки. К сожалению, пока еще он не мог позволить себе встать на защиту поруганной чести, но час расплаты был уже близок. Как только задание Легиона будет выполнено, надменный хам, не по заслугам носящий рыцарские доспехи, лишится головы. Единственное, в чем сомневался Грабл Зингер, было то, стоило ли прихватить с собой в Альмиру отрубленную голову обидчика или следовало ограничиться иным, более скромным и не столь отвратным трофеем?

– Уж больно ты неповоротлив да ленив! – вместо приветствия проворчал командир, когда моррон приблизился к нему вплотную. – Волка ноги кормят, а воин тот же волк, только должон быть еще выносливей да умнее!

– Для этого звал?! – буркнул Грабл, едва сдержавшись, чтобы не ответить на поучение звонкой оплеухой.

– Вон, видишь на горизонте деревню? Это захолустье и есть Норквилд. За рекой кончается наше графство, – не снизойдя до ответа на вопрос, произвел рекогносцировку местности командир. – Теперь надо решить, как действовать. Я б ночи дождался, во тьме и дома палить проще, и враг сонный… но Ордиби говорил, тебе невтерпеж с хозяином здешних мест поквитаться…

– Крестьянские халупы сам, если хошь пали, токмо меня в грабеж не втягивай! – ответил Грабл. – Я ж ясно сказал, мне Мельвигор нужен, в коем рыцарь Вир фон Тервик обитает! Разуй зенки, где тут замок?!

– Не боись, мимо замка не проскочим, – усмехнулся командир, – он прям посередке деревни и стоит, возвышается… грозно и величественно зиждется, поражая глаз непревзойденной красотой и вселяя в сердца холопов трепетный страх!

За спиною моррона вновь раздался дружный хохот, но на это раз он был гораздо громче, задорней и продолжительней.