— Я не могу объяснить это тебе, Грайзер, — прошептал он. — Я просто… Однажды я просто перестал тебя ненавидеть. И я решил, что разрешаю тебе уйти. Ты достаточно настрадался. Заставлять тебя страдать дальше… Бесс это не вернет.

Крейк никогда не слышал, чтобы Кондред говорил таким образом и не знал, что сказать в ответ. Слова казались плохим орудием для такой цели.

— Это была случайность… — наконец сказал он и замолчал, потому что это прозвучало жалко.

— Я знаю, — кивнул Кондред. — Я знаю, конечно. Ты обожал ее. Как и мы все.

Но Крейк решил двигаться дальше, хоть и вслепую. Если он не выскажется сейчас, то возможности, скорее всего, больше не будет.

— Это не я… — сказал он. — Ты понимаешь, что это сделал не я? Мной завладел демон. Это была моя ошибка, моя, черт побери, но тогда меня не было в моем теле, это сделал не я. — Слезы брызнули опять. — Я закрыл дверь. Я всегда закрывал дверь. Но, может быть, на этот раз…

— Ты закрыл дверь, — сказал Кондред утомленным, лишенным чувств голосом. Словно из него все вытекло. Он никогда не позволял эмоциям вырваться наружу, и, наверно, уже выплакал все свои слезы, даже если они у него были. — Я знал, что ты делал там.

Крейк с удивлением посмотрел на него. Кондред фыркнул:

— Ты жил под моей крышей, проводил все время в винном погребе и делал вид, что работаешь над каким-то большим изобретением. Неужели ты думаешь, что я не знал о том, что ты строишь какую-то ученую штуку? Я боялся, что ты можешь взорвать дом. И всегда имел второй ключ, Грайзер. Так что когда ты уходил, я спускался вниз.

Он вздохнул и пробежал пальцами по лбу, отбрасывая назад безжизненные серо-белые волосы.

— Когда я понял, что происходит, то пожалел тебя. Бедный младший брат с дикими идеями, неспособный построить бизнес, неспособный найти свое место в жизни. — Он поерзал и, поморщившись, уселся прямо напротив эхо-камеры. — Я считал демонизм суеверием и чепухой. Я думал, что ты вырастешь из него. Но я был слеп и беспечен и однажды потерял ключ. — Он выдавил из себя маленькую горькую улыбку. — Ты помнишь, как отчаянно Бесс хотела посмотреть твою мастерскую? Ты говорил ей, что делаешь там игрушки. И очень часто приносил игрушку из города и говорил ей, что сделал ее. Ну, и она нашла ключ. Грайзер, ты закрыл дверь. То, что она попала внутрь, моя ошибка, моя вина.

Его голова повисла, от истощения или горя, Крейк не мог сказать. Он посмотрел на Кондреда и на мгновение застыл на месте, переваривая все, что тот сказал. Если бы не Кондред, той ночью Бесс никогда бы не спустилась в святилище. Если не он, она была бы жива. И брат винит в этом только себя.

— А вот это сделали со мной пробужденцы, — сказал Кондред, поднимая голову. — Я помню, как в моей спальне появился человек в черном, источающий страх, как он напал на меня. А потом — ничего. — Его глаза сузились, он сосредоточился, пытаясь вспомнить. — Он что-то принес… И протянул ко мне… — Он беспомощно покачал головой, так и не вспомнив.

— Какой-то порабощающий предмет, несомненно, — сказал Крейк более твердым голосом, теперь он оказался на надежной почве. — Возможно кольцо, браслет или, быть может, ленту. В нем был заключен демон, который держал тебя без сознания. Император подчинил тебя своей власти, и демон перешел в тебя. — Его голос стал мрачным.