Это и было все, чего он хотел, — получить работу. Он не знал, как Шарлотта ухитрялась подавать на стол пищу, оплачивать счета за освещение и страховку, но она каким-то образом делала это.

Дарлинг смыл с себя соль в душе и надел шорты, в то время как Майк укладывал аппарат для ныряния и жарил макрель из холодильника. Они собиралась использовать макрель в качестве наживки, но кругом не было ничего, что можно было бы поймать, поэтому они решили, что могут ее съесть.

После ленча они прошли к юго-западу вдоль внешнего края рифов, потихоньку пробираясь к дому. Дарлинг намеревался сделать по пути остановку у городской пристани и вручить счет за проделанную работу Морскому управлению. У него там был приятель, который обещал оплатить счет наличными.

— Взгляни-ка туда, — заметил Майк, указывая вниз с ходового мостика: два люциана плавали вверх брюхом, и «Капер» как раз проходил между ними.

Чуть позже они увидели еще две рыбины, затем морского леща, морского ангела и четыре или пять рыб-юнкеров. Все они были дохлыми и распухшими.

— Что, черт возьми, происходит? — воскликнул Дарлинг.

В этот момент они услышали в отдалении шум, глубокий, раскатистый «бум-м-м», и почувствовали через сталь у них под ногами толчок, будто кто-то ударил кувалдой по корпусу «Капера».

Затем, в полумиле впереди и чуть правее, в глубоких водах, они разглядели судно, а перед ним — ливень брызг, спадающих на то, что было похоже на огромный горб из воды. У них на глазах горб исчез, поглощенный морем, и брызги стали просто белым пятном на поверхности.

Майк взял бинокль и навел его на судно.

— Это судно аквариума, — сказал он.

— О боже, — вздохнул Дарлинг. — Лайам все-таки получил разрешение бомбить этого зверя.

— Это было довольно близко, — заметил Тэлли и заставил себя удержаться от использования других слов, которые ему хотелось выпалить, таких, как «дурак» и «идиот».

— Не особенно, доктор, — ответил Сент-Джон, кудряшки которого, пропитанные водой и разметанные взрывом, свисали, как сорняки в джунглях, по обеим сторонам лица. — Я изучал взрывчатые вещества. Мы были в полной безопасности.

Сент-Джон посмотрел за борт, затеняя рукой глаза, чтобы иметь возможность заглянуть вглубь, под слой мертвой рыбы. Он выпрямился, сделал шаг вперед и закричал своим людям на носу судна:

— Подготовьте еще один. И установите его на сей раз на глубине в сто морских саженей.

Рулевой, студент-выпускник с накачанными мускулами, выглядевший как звезда из фильма о сексе и серфинге, высунул голову из рубки и спросил:

— А далеко нам нужно отойти в море, чтобы была глубина в сто саженей?

— Пользуйся глубиномером, господи ты боже мой. Ты ведь знаешь, как это делается, а? Или мне все нужно делать самому?

— Глубиномер только что лопнул от взрыва.

— Тогда иди вон туда, — Сент-Джон махнул рукой в неопределенном направлении, туда, где вода становилась темнее. Повернувшись к Тэлли, он уточнил: — Вы согласны со мной, что, когда мы убьем это животное, оно всплывет?

— Вместо слова «когда» я употребил бы «если», — сказал Тэлли. — Если вы убьете животное. Тогда да.

«Вы согласны со мной?» Да это Тэлли рассказал все Сент-Джону, который не знал самых простых вещей о биологии архитеутиса. А теперь: согласен ли он?

— Даже если мы разорвем его на куски? — продолжал Сент-Джон.