Однако ноги почему-то не слушались Джеймса. Он споткнулся уже на первой ступеньке и сел. Это маленькое происшествие произвело на него удручающее впечатление. Почему он не догадался позаботиться о ковровых дорожках?

Дарем покачал головой и протянул руку к перилам лестницы. Но не успел он снова подняться на ноги, как Лиззи уже оказалась рядом с ним. Перед глазами Джеймса красовались собранные в складки юбки. Присмотревшись, он заметил, что они были чем-то испачканы. Судя по запаху, вином.

— Санберн, он… мне изменил. У него на коленях сидит женщина! Вообрази, одна из твоих горничных! И он ласкал ее прямо у меня на глазах! — Элизабет крепко вцепилась пальцами Джеймсу в плечо, требуя от него внимания. — Ты, наконец, слышишь меня? Или ты спишь? — У нее начали подрагивать уголки рта. — Нелло там развлекается с одной из твоих служанок, — капризно настаивала она.

Да… Там происходит что-то необычное, Дарему не понравилось, как Лиззи смотрит на него. Это чувство возникло внезапно и не проходило. Однако вместе с неприятным ощущением окружающий мир стал немного более реальным. Вот лестница, это его дом, в котором он вчера устроил вечеринку. И все-таки головокружение никуда не исчезало. Но в следующую секунду у него в голове словно что-то щелкнуло и включились мыслительные механизмы.

— Ты сказала «одна из горничных»? — Джеймс приподнялся, держась за стойку перил. Очень трудно было сделать первый шаг. Черт побрал бы этого гнусного Нелло, вечно он впутывается в разные скверные ситуации.

— Подожди! — Элизабет стала карабкаться по лестнице вслед за ним. — Джеймс, но ты же… не станешь его бить, ладно? Он просто немного перебрал, вот и все. Хотя не исключено, что на него так подействовала та дрянь, которую ему дал Эшмор. Но мне бы не хотелось, чтобы вы передрались!

— Да успокойся ты, — беззлобно бросил Дарем, поднимаясь по лестнице. Наркотик все еще действовал, он до сих пор не мог сосредоточить свое внимание. Нелло! Этот парень должен был знать, что можно, а что нельзя. Есть правила, и их никому не позволено нарушать. Боже, какой отвратительный вкус во рту!

Джеймс добрался до верхней площадки лестницы и обнаружил, что гости находятся повсюду. Элиза Стразерн, покачиваясь, брела по коридору, а Кристиан Тилни тащился за ней следом. Колин Мьюр, мерзкий шотландец, занимался тем, что пытался влить спиртное в каменный рот бюста одного из предков Джеймса. На это безобразие глазели, одобрительно хихикая, зрители. Конечно же, это были двойняшки Коломондли.

Наконец в дальнем углу комнаты он заметил Нелло. Тот оживленно спорил с Далтоном. Элизабет была права (впрочем, она всегда была очень наблюдательна к малейшим деталям, особенно если дело касалось ее драгоценного Нелло). Парень обнимал рукой одну из горничных, которая недовольно поджимала губы и явно была настроена высвободиться при малейшей возможности. Джеймс проследовал через гостиную и приблизился к спорщикам как раз в тот момент, когда разгорячившийся Нелло уже занес кулак для первого удара.

Дарем перехватил его за запястье.

— Эй, ребятишки, ну-ка остыньте!

— Да чтоб он сдох, этот гад! Сейчас я доберусь до него! Это я развратный дятел?

— Так оно и есть, — отозвался Далтон с пьяной ухмылкой.