«Кого это он отправил на тот свет, что так разбогател?» — подумал кабатчик, исподтишка наблюдая за бандитом.

Такого рода размышление красноречиво говорило о том, что достопочтенный хозяин прекрасно знал своего не менее достопочтенного постояльца.

Но Кидд, заметив, что за ним следят, и не подумал направиться прямо к дому сенатора, а с небрежным видом праздного гуляки зашагал вразвалку в противоположную сторону. Более получаса бродил он так по улицам города, тщательно при этом избегая многолюдных улиц и площадей, где его могли узнать; незаметно приблизившись наконец к дому дона Руфино и убедившись, что никто не следит за ним, он проворно прошмыгнул в дверь.

— Эй, вы! — раздался голос, заставивший его вздрогнуть. — Куда вас черт несет? Кого вам здесь надо?

Бродяга увидел перед собой довольно пожилого человека, стоявшего на пороге передней. По ливрее в незнакомце не трудно было признать слугу.

— Кого мне надо? — переспросил Кидд, чтобы выигра время и оправиться от смущения.

— Да, кого вам надо? Кажется, ясно сказано, так я полагаю.

— Карай! А кого же мне тут может быть надо, как не его превосходительство, сенатора дона Руфино?! Кажется, ясно сказано, так я полагаю.

— Очень хорошо! — насмешливо продолжал слуга. — И вы воображаете, что его превосходительство так, ни с того ни с сего, тотчас вас и примет?

— А почему бы и нет, скажите на милость, сеньор?

— Потому что рожей не вышли.

— Вы находите? — спросил бандит, задрав нос.

— Я думаю! Это бросается в глаза; вы больше похожи нет пройдоху, чем на кабальеро.

— Вы не очень вежливы, приятель. Если вы судите по внешности, ваше замечание, может быть, и верно, но в данном случае неуместно. За поношенным платьем зачастую скрывается весьма почтенный кабальеро, и то обстоятельство, что судьба так немилостиво обошлась со мной, не дает вам право бросать мне в лицо подобные оскорбления.

— Ладно, ладно, хватит болтать! Убирайтесь!

— Я не сдвинусь с места, пока не повидаю сенатора. Слуга косо посмотрел на него, что не произвело ни малейшего впечатления на Кидда.

— Так! И вы думаете, что это вам удастся?

— Я в этом убежден, — спокойно ответил Кидд.

— В последний раз говорю вам: убирайтесь! — угрожающе произнес слуга.

— Полегче, любезный! Мне надо поговорить с сенатором. Он ждет меня!

— Ждет? Вас?!

— Да, меня! — важно ответил плут.

Слуга презрительно пожал плечами, но, поразмыслив спросил уже более мирным тоном:

— Ваша фамилия?

— Вам не к чему знать ее; доложите своему господину, что я прибыл из асиенды дель Торо.

— «Из асиенды дель Торо»?! Почему же вы это сразу не сказали?

— Вероятно, потому, что вы меня не спросили об этом. Ступайте же и доложите своему господину. Вы и так уж отняли у меня немало времени.

Слуга, не сказав ни слова, удалился, а Кидд, воспользовавшись его отсутствием, вошел в переднюю и уселся там. Соседство улицы никак не устраивало его; у него была тысяча причин не попадаться на глаза любопытным. Слуга быстро вернулся; на этот раз он заговорил по-другому.

— Кабальеро, — низко кланяясь, произнес он, — благоволите следовать за мной. Его превосходительство ожидает вас.

— Был нахалом, стал подхалимом! — сказал плут, обдав слугу презрительным взглядом. — Ступай вперед! И Кидд, посмеиваясь, последовал за слугой, побагровевшим от стыда, обиды и гнева.

В Мексике, за исключением лишь очень больших городов, возводят, как правило, одноэтажные или же, самое большее, полутораэтажные дома. Их строят обычно из самых легких материалов, чтобы противостоять частым в субтропических странах землетрясениям, которые в несколько минут превращают города в руины.