— Мда… — поджал губы пиромант. — Может, воды?

— Воду нельзя, — уперся Мрак-Беленький. — Баланс нарушится. Если и брать жидкость, то она должна быть из того же источника. Нужна связь между материалом и источником материала. Как кости и кровь, если умертвие поднимать…

Боря почесал голову и повернулся в сторону овечника.

— Если хорошенько напугать овец, то они обоссуться от страха…

Мрак-Беленький шмыгнул носом и произнёс:

— А они не сдохнут, как те двое?

— Какие «двое»?

— Помнишь трупы?

— Так ты их, вроде, проклял…

— Неа. Я им копию Патруша показал.

— Того самого?

— Угу.

— А чего они тогда в дерьме были?

— Сльноспугались, — расплылся в улыбке Гарри и, подойдя к другу, взял бутылку с вином у его ног.

Боря почесал голову и пожал плечами.

— Тогда будем доить.

— Кого?

— Овец.

Некромант замер, не донеся горлышко до рта и хмуро взглянул на друга.

— А у овец есть молоко?

— Если ты забыл, то они млекопитающие, — хохотнул друг.

— А ты доить умеешь? — спросил Гарри.

— Теоретически, — неуверенно произнес Боря.

Гарри втянул носом воздух и произнес:

— Путь неясен…

— Перспективы туманны… — кивнул Мусаев.

— Но свет нашей цели ведет нас вперед, — закончил Гарри так же выпрямившись, но изрядно покачиваясь.

* * *

Катя взглянула на сопящих в постели детей, вздохнула и запахнула халат. Сунув ноги в меховые тапочки, она вышла из комнаты и спустилась в гостинную, где последний раз видела супруга с другом детства.

— Вот свинтусы, — буркнула она, обнаружив стол, заставленный пустыми тарелками из-под закуски и гору бутылок под столом.

Не став будить прислугу, девушка собрала тарелки и унесла их в мойку, затем протёрла стол и собрала пустые бутылки.

— Так, а где эти двое? — спросила она сама себя и выглянула в окно.

За окном была полная темнота, в которой виднелся свет в овечнике. Тяжело вздохнув, она накинула на себя тёплый плащ, переобулась в уличную обувь и вышла из дома.

Поначалу всё было тихо, но чем ближе она подходила к овечкину, тем громче становилось овечье блеяние.

— Не дай бог, они опять там нежить из овец поднимают… — проворчала Катя и спустя несколько секунд добавила: —…без меня.

Когда она зашла в овечник, то перед ней оказалась морда овцы с огромными перепуганными глазами.

— БЕ-Е-Е-Е-Е!

— Какого черта… — пробормотала она и замерла в ступоре.

Передние ноги овцы были привязаны к стойлу, между досок была просунута её голова. За задние ноги вцепился Гарри и всеми силами пытался удержать сопротивляющуюся скотину. Борис же ковырялся на брюхе бедной овцы, пытаясь ее доить.

Вместо ведра или тазика на земле под мученицей находилась большая миска с овечьим навозом. Рядом валялось две бутылки вина.

— Боря… Боря… А ты уверен, что это не баран? — дергаясь, как эпилептик, уточнил пьяным голосом Гарри.

— У баранов рога есть, — недовольно буркнул Боря. — И хрен бы торчал… Твою мать! Гарри, держи её крепче!

— Что. Тут. Происходит? — отчеканила Екатерина.