Она побывала у следователя — это раз, Гену теперь не подозревают — это два. Вобла Марианна заявила, что и не подозревали, но не верится. Однако сейчас это уже не важно. Главное, что не подозревают в настоящее время. И дети нашли папку — это три.

Это вам не просто предмет, это вещественное доказательство того…

Кстати, чего?

Того, что папочку эту злоумышленник сначала прихватил с собой — непонятно зачем она ему сдалась, но они с Викой разберутся, — а потом он, злоумышленник, оказавшись в ловушке, непреднамеренно расставленной охранником Петюней, рванул в сторону противоположную, чтобы скрыться через чердак, но не смог проделать акробатический трюк с папкой в руках и был вынужден припрятать ее до времени в попавшийся на глаза тайник, а именно, в пространство между стеной и пожарным щитом.

Примерно так получается.

Марианна, хоть и вобла, а очень быстро сообразила, что к чему, отобрала у Кати трубку и распорядилась немедленно положить вещдок обратно, предварительно изучив его наполнение. В смысле, наполнение папки.

Ехидная Вика не преминула уточнить, как можно выполнить эти два действия немедленно, но сообразив, что не с тем шутит, тут же доложила, что все уже просмотрено, и нельзя ли туда напихать старых газет, если уж придется папку возвращать на место, то есть в тайник.

— Я именно это и имела ввиду, — отрубила Марианна и отсоединилась.

— Завтра с утра я отправлю ребят, пусть смонтируют там у вас видеокамеру, может быть несколько. Главное, чтобы он за папкой этой пришел. Должен прийти, почти уверена. Иначе он рискует, что кто-нибудь ее обнаружит, и это наведет нас на мысль, — энергично рубила Марианна. — А на мысль нас может навести содержимое папки, которое так ловко было изъято вашими шустрыми юными друзьями.

Ее неприятная надменность вдруг куда-то подевалась, во взгляде и в движениях появился азарт, и даже в том, как она подписывала Катин пропуск, было заметно предвкушение хорошей охоты. У Кати отлегло. «Да нормальная девчонка эта Марианна, просто профессия печать наносит, — благодушно решила она про себя.

Перед тем, как им совсем распрощаться, «нормальная девчонка» вдруг задала Кате вопрос:

— А почему, собственно, вы думаете, что это мог сделать этот ваш… как его… Коростылев?

— Я думаю? — изумилась Катя. — Это же у вас он на подозрении! Неустойчивая психика, то, се, в кабинет влезал…

— Нет, Екатерина Евгеньевна, нет, все не так. Это там у вас кто-то истерит, версии придумывает, а мы просто должны были проверить все варианты, работа такая — проверять.

— А на кого же вы думаете тогда? — робко поинтересовалась Катя.

— А мы не думаем, — отрезала Путято. — Мы работаем, ищем и вас просим нам не мешать.

Неплохо, а? Мы ей новые факты, а она нам вместо спасибо — не мешать! Ментяра…

Ну а насчет Деда Мороза Катя не очень задумывалась, зная, что мелкие еще и не то нафантазировать могут. Могут даже Человека-Паука и Человека-Муху увидеть, и услышать и даже иметь с ними беседу.

Интересно, установили уже «глаз»? Вроде бы с утра пораньше собирались. Катю этот момент немного беспокоил. Договорились вчера, что картинка пойдет на директорский компьютер. Не испортили бы чего, криворукие.

Хотя, наверно, там хорошие спецы. Наверно.

Катя взглянула на часы. Начало двенадцатого.

Марианне звонить она не дерзнула, все-таки не подруги, а Вика с Геннадием в школе на занятиях. «Ничего, позже узнаю», — решила Катя и отправилась к юристу.

Девочка-юрисконсульт не раздражала ее до такой степени, как, к примеру, Надежду Михайловну или Светлану Николаевну или многих других у них на этаже и даже на фирме.