— Значит, эта ваша Клара в курсе была, что документы нашлись?

— Ну да, знала. Только это ни о чем не говорит, — пожал плечами Генка. — Если она и есть сообщница, то ведь тогда про документы она с самого начала должна была знать, ну, то есть, где они лежат. И что ей тогда помешало их забрать и этому гаду отнести? Логично?

— Ну, допустим, они считали, что место достаточно надежно и перепрятывать не обязательно, — возразила Катя. — Хотя, наверное, ты прав. Времени много прошло с пятницы, они рисковали. Значит, не она.

— Люди! — завопила Викуся. — Вы что, не понимаете, что если бы был сообщник, то папку давно бы унесли?!

Люди замерли, размышляя.

— А кто же тогда дверь закрыл, если не сообщник? — растерянно вопросила Катя, — И кто все-таки унес папку?! Кстати, а что за бумаги в ней лежали, вы посмотрели?

— Фигня какая-то, — пренебрежительным тоном заявила Вика. — Медицинские карты и тому подобная хрень. Причем на выпускников. Там и Лилькина карточка была, Ген, прикинь, — и Вика толкнула приятеля локтем в бок.

— Она мне недавно эсэмэску прислала, уродка. Полгода ни слуху, ни духу, а тут присылает и ту не целиком. Причем не с мобильника, а с компа какого-то. Я бы не догадалась, что это она, если бы не Желтуха.

— Что за желтуха? — силясь угнаться за Викиной болтовней переспросила Катя. — Кто, а не что. Это меня эти двое прозвали, — и Вика опять пихнула Генку, — За то, что рыжая. А Лильку Чернушкой дразнили. А Генку — Неботаником.

— Потому что химик? — развеселилась Катя.

— Конкретно, химик! — захохотала Викуся, а Гена сконфуженно молчал, потому что стеснялся своей любви к школьному предмету.

— И что подруга Лиля? Как там ее дела?

— Так я и говорю, теть Кать, ни фига не понятно. Ща, найду, я сохранила, — и Вика начала быстро нажимать клавиши мобильного телефона в поисках нужного сообщения. — Во, читай бред.

На дисплее телефона появился текст.

«Желтуха, нас развели как лохов, мы не в севе, мы где-то в мо, смотри сама не поведись, передай Авдотьевой, что она гадина. Мы все…»

Вот такое категоричное сообщение, хоть и не законченное.

— Да ты чего, Желтуха! Чего ты молчала?! Ты что, мне раньше это показать не могла?! — разорался Неботаник.

— Геныч, не злись, я позабыла просто. Я сразу же Лидушке это отнесла показать. Неловко, конечно, оскорбительная эсэмэска, но мало ли что?! Пусть бы разобралась, куда она наших заслала. А потом я вообще про всю эту фигню забыла. В связи с событием. Сам знаешь каким.

— Ребята, вы о чем? Я что-то пропустила? — вклинилась Катя.

— Да, в общем, ничего особенного, теть Кать. Вот смотри. Закончим мы девятилетку в этом году, паспорт мы еще раньше получили, теперь дорога на выход — ПТУ при заводе РТИ «Вулкан», впоследствии и его же общага. Можно на разворованный ЗИЛ. Но ты не раб, можешь и сам пристроиться, но общага нужна все равно.

Катя растерянно молчала. Она совсем не думала о том, как складывается дальше жизнь детдомовских детей. Вероятно, была уверена, что доброе государство дарит каждому по квартирке в новостройке или из вторичного фонда, на худой конец.

Вика продолжала:

— А тут эти спонсоры нарисовались, два брата-акробата. В конце мая собирает Лидушка выпускников и нас, кто на год младше, всех гонят в актовый зал. Приходим, а там полный фуршет, цветы-гирлянды, за столом на сцене Лида с этими кексами, с краюшку Гюрза пристроилась, очками сияет, ну начали напутствовать, то, се, мура, короче.