| Считай, зима в самом разгаре: снег, дубарина такая, что на шарфу сосульки образуются за пару минут ходьбы до остановки транспорта. Школьные дворы везде пустые, а я, как прокаженный, вместо сладкого сна и тёплого какао за поздним завтраком, тащусь к школе.На улице темно, а в школе горит свет. И двери парадные у неё, словно червоточина в космосе, одаренных туда засасывает.В общем, не в духе я тогда был.Гарри пододвинул к себе исходящую паром тарелку с крем-супом и вдохнул аромат. Его лицо немного разгладилось, но взгляд, остановившийся на окне с морозными узорами, снова заставил его поёжиться и недовольно сдвинуть брови.— Гарри, — произнесла Катя, усевшись напротив. — С тобой всё нормально? Ты какой-то хмурый.— За окном мороз такой, что сморкаюсь сосульками, — буркнул парень, недовольно насупившись. — С чего бы мне улыбаться?Борис поставил поднос рядом с Катиным и, усевшись, слегка улыбнулся.— Друг мой, ваша улыбка в свете контекста выглядит издевательски, — буркнул начинающий некромант, взял ложку и попробовал суп. — А не так плохо...В это время за их стол уселась Демидова.— Борис, Катя, — кивнула она, усаживаясь за стол.Друзья покосились на Гарри, который развёл руками.— Она всё ещё злится за ту шутку с выдуманным онанизмом на её грудь, — пояснил Гарри. — Решила меня игнорировать.— А ты извиняться пробовал? — хмыкнул Борис, подтягивая к себе хорошо прожаренный бифштекс.— Естественно! — возмутился друг. — Дарья, я искренне извиняюсь, что сказал о том, что онанировал на твою оголенную грудь. Я искренне не понимаю, как можно этим заниматься без удовлетворения оральным путем, и почему все верят, что одной оголенной груди хватит для...— Гарри! — недовольно рыкнула Катя.Начинающий некромант умолк и, тяжело вздохнув, взглянул на Бориса, который обречённо покачал головой.— Друг мой, ваши извинения похожи на соль, которую сыплют на рану.— Возможно, — буркнул Гарри. — Да и настроение у меня сегодня не очень.— Если никак себе не поднимать настроение, то оно таким и останется, — заметил молодой пиромант и слегка улыбнулся, отрезая от котлеты кусочек.Гарри тяжело вздохнул и, зачерпнув ложку супа, отправил её в рот, а после того, как проглотил, произнёс:— Друг мой, с новой системой охраны и слежения, а также благодаря моему браслету у меня из возможностей остались только безобидные шалости.— Безобидные? — хмыкнула Катя, с удовольствием отрезав кусочек от сырной запеканки под сливочным соусом. — А ты такие умеешь?— Написать слово из трёх букв на доске — много ума не надо, — хмыкнул начинающий некромант.— Знаете, друг мой, — задумчиво сказал Боря. — А ведь в этом есть эстетический вызов.Гарри нахмурился и замер с недонесенной ложкой до рта, после чего поднял взгляд на друга.— Что ты имеешь в виду?— Подумай. Вроде простая шалость, доступная даже первоклашкам, но... — тут Борис прожевал мясо и уточнил: — Мы же не размениваемся на пустяки, так?— Так.— Если это так, тогда почему бы нам не сделать те же три буквы такими, чтобы любой знающий человек сказал — это искусство!Гарри положил в суп ложку, сплёл пальцы и, не моргая, уставился на друга, уже погрузившись в себя, пытаясь найти решение этой нетривиальной задачи.— Вы что, каллиграфией решили заняться? — хмурясь, спросила Катя. — Вы же не настолько...Девушка перевела взгляд на возлюбленного, лицо которого озаряла легкая улыбка, а затем покосилась на Гарри, который лыбился так, что казалось лопнут щеки.— Так, либо вы сейчас прекратите лыбиться и нормально объясните, что задумали, либо я сейчас этой вилкой сделаю вас братьями по крови.Заметив, как на неё покосился Боря, она пояснила:— Воткну сначала тебе в руку, а потом ему, — буркнула Екатерина.— Что если надпись будет не стереть? — задал риторический вопрос Гарри. |
