Внезапно Виктория успокоилась. Она вновь обрела уверенность. «Я сделаю это. Я смогу!»

Теперь ее путешествие во времени означало только одно — у Айви Лига есть убежище, где он может скрыться от полиции. И никто ни о чем не подозревает. Лиг постоянно возвращается в двадцатый век, чтобы совершать свои кровавые злодеяния. Здесь он, вероятно, является вполне добропорядочным гражданином. И даже проницательный местный шериф наверняка не догадывается, что по улицам его города разгуливает маньяк-убийца из двадцатого века.

У Айви Лига есть надежное убежище, а это, как ни странно, облегчает ей задачу. Ведь убийца не предполагает, что его преследуют. Какое-то время он будет бездействовать, залечивая раны, и потому не стоит очень уж волноваться. Может, она просто встретит его на улице. И наденет наручники.

«Ну и размечталась ты, подружка, — усмехнулась про себя Виктория. — Он сейчас на свободе, а ты — в тюрьме».

Кожа под маской уже зудела, но Виктория не решалась трогать лицо: если маска слегка отклеится, ей так просто отсюда не вырваться.

А может, во всем признаться? И все же девушка сочла за лучшее промолчать. Кто знает, как будут восприняты ее слова? И как все это отразится на ходе истории…

Сейчас ей надо полностью сосредоточиться на Айви Лиге, влиться в жизнь города и медленно и методично, как делала это всегда, вести поиск. Она обязана найти Лига! И способна это сделать. И она не задержится в девятнадцатом веке ни минутой больше, чем потребуется для выполнения ее задачи.

Лязг металла заставил арестанта вздрогнуть и подняться с койки. «Он ни на минуту не сомкнул глаз», — отметил про себя Крис, открывая дверь Мэйсон подошел ближе, и снова шерифу бросились в глаза его странные ботинки с квадратными носками. Все-таки очень необычный человек.

— Утром пришла телеграмма. — Крис многозначительно кивнул на стену напротив. Там уже не было объявления о розыске. — Убит в Тусоне неделю назад.

— Почему же вы не объяснили, что задержали меня по этой причине?

— Я вовсе не обязан этого делать.

— А я вправе знать. Здесь вообще существуют гражданские права?

— Может, в вашем городе такие права и есть, а в моем, как видишь…

«Похоже, этот парень, — заключила Виктория, — сам устанавливает законы».

— Верните мне мои кинжалы.

Крис молча подошел к полке, достал кинжалы. Вчера вечером Ноубл, осматривая их, даже вскрикнул от изумления — так мастерски изготовить оружие в Колорадо никто бы не смог.

Едва шериф вернул оружие, как Виктория поспешно рассовала клинки по своим местам.

— Только не вытряхивайте потроха из граждан моего города, — предостерег ее Крис, когда девушка на секунду задержалась у двери.

Она посмотрела на него в упор.

— Пусть только кто-нибудь сунется, кишки на задницу натяну.

Звучало, конечно, грубовато, но Виктория изображала мужчину, и речь должна была соответствовать облику. И походка тоже.

Хорошо, что город еще спал. В предрассветных лучах можно было рассмотреть все — от лошадей до пьяниц, спящих на скамейках.