После обеда мы собираем опавшие пальмовые листья и складываем их в кучу. Я захватил с собой такую штуковину, которая называется «Тайгер-тим файр-стикс». Каждый блок можно разделить на тридцать кусочков, он представляет собой разновидность сухого парафина и помогает легче разжечь костер в ветреную или дождливую погоду. Мы сможем разжечь тридцать «тайгер-тимовских» костров. Это первое.

Я связываю с кострами большие надежды. Мне представляется, что они могут служить той точкой, возле которой всем можно собраться — своего рода классный час, где мы будем подводить итог проделанных за день исследований и обсуждать актуальные темы, вносить свои предложения и замечания запросто и без стеснения. Остальные ничего не знают о моих надеждах. Я держу их при себе. Если рассказать, из задуманного ничего не получится. Ребята начнут стесняться и думать, что непременно надо сказать что-то важное. Я жду, чтобы все сложилось как бы само собой.

Первый костер

— Представляете себе, как это будет — снова пойти в кино! — говорит Ким. — Я хочу сказать, после того как мы вернемся отсюда, где только море и солнце. Не подумайте — я не имею ничего против того, чтобы побыть здесь. Мне тут нравится, и я уверен, все будет здорово. Просто мне вдруг подумалось, как хорошо будет пойти в кино! Купить билет, войти в зал и посмотреть какой-нибудь фильм, о котором я еще ничего не слыхал и не знаю, что там будет дальше. Понимаете? Я заранее радуюсь, думая, как же мне тогда захочется в кино!

Мы все задумались о словах Кима и примолкли. Летят в костер окурки. Я уже забеспокоился, что никто не подхватит тему и Ким так и останется наедине со своими мыслями. Но тут Эгиль говорит, что он чувствует то же самое, когда вспоминает о «Расхитительнице гробниц». Дома его ждет на сиди-роме Лара Крофт. Она, поди, сама не знает, что ждет его. Это в ней самое хорошее. И все равно, как только он вернется, она всегда тут как тут. Всегда готова мчаться через незнакомую чащу, подстрелить какого-нибудь зверя и погрузиться в бездонную пучину, чтобы добыть драгоценный клад. Ну просто-таки замечательная игра! Эгиль даже затряс головой при одном воспоминании. Опыт, приобретенный в обществе Лары, уже пригодился ему в нашем путешествии, говорит Эгиль. Он не раз уже останавливался и спрашивал себя: как поступила бы в этой ситуации Лара? Она энергична и находчива. Всегда в хорошей кондиции. Часто она поступает именно так, как надо. Нам есть чему у нее поучиться. И главное — игру можно остановить в любой момент. Хочешь остановить прямо в момент падения с обрыва — пожалуйста! Самое лучшее, конечно, остановить игру, когда ты в безопасности, когда только что завершил трудную операцию и получил передышку. Например, когда ты стоишь на какой-нибудь вершине и вся местность у тебя перед глазами.

Мартин подхватывает:

— Вот и я тоже, как подумаю, что компьютерную игру можно остановить, так прямо зависть берет. Потому-то жизнь не может состязаться с игрой и всегда перед ней проигрывает.

Сколько раз Мартин сам стоял на вершине Стурхейе, обозревая тронхеймский фьорд, и думал: вот бы остановить этот миг… Как было бы здорово! Например, когда ты повстречал девушку. Ты только что увидел ее. Ну, скажем, в студенческом клубе неделю или две назад. Вы еще не успели поцапаться. Ты побывал у нее дома два или три раза, а она позавтракала у тебя, и вы сходили в кино или в театр, пьеса была так себе, и вы оба насчет этого согласны. Уже заходил разговор о том, чтобы ты познакомился с ее родителями, а она с твоими, но все это вроде бы не к спеху. Вы все время целуетесь, и жизнь кажется приятной и легкой. И тут ты нажимаешь на кнопку «сохранить игру». Отправляешь все это в память. Даешь название и складываешь в папку, чтобы потом вызвать. Ведь ты знаешь, что рано или поздно появятся проблемы.