|
Ты предполагал, что через год ей это надоест или, по крайней мере, по окончании войны; тогда она сможет вернуться в Европу. Почему она попросила тебя задержаться после разъезда гостей? Если она захотела увидеться с тобой наедине, почему она не сделала это накануне или на другой день? Чего она хочет? Дверь ее ванной открылась, и она появилась, свежая и очаровательная, без малейших признаков ночной усталости, в нежно-желтом неглиже, точно такого же цвета, как и ее волосы, и в таких же тапочках, из-под подола халата мелькали ее белые щиколотки, когда она приблизилась к тебе. Как будто она и раньше бессчетное число раз проделывала это, она уселась тебе на колени, прямо взглянула на тебя блестящими и нежными глазами и погладила тебя по щеке. - Бедняга Билл, ты устал, - сказала она. Ты чувствовал себя неуютно. Те четыре месяца, что прошли с ее возвращения, Эрма проявляла дружелюбие, но никогда не было заметно, что она нуждается в твоей особе. Раз или два жена небрежно замечала, что должна как-нибудь серьезно поговорить с тобой, но ее настоящий костюм и поза никак не соответствовали серьезным намерениям. Через ткань брюк ты ясно почувствовал, что, кроме неглиже, на ней ничего не было. - Не очень, - сказал ты. - Я тоже, - ответила она. - Обними меня. Ты притянул ее к себе, сперва автоматически, как совестливый человек, которому оказали доверие, затем, ощутив возбуждение, уже от себя лично. - Поцелуй меня, - прошептала она, - у тебя такие приятные руки! Ты чувствовал на затылке тепло ее руки, когда она крепко прижала к груди твою голову. Где, к черту, она достала эти пижамы? Может, это были пижамы Пьера? Они были прямо у нее в туалетной комнате, хотя она переехала в этот дом всего неделю назад, - и казались новыми. Замечательный мягкий белый плотный шелк. Она заявила, что купила их в тот самый день, и это вполне возможно. В любом случае ты испытал к ней чуть ли не нежность за эту белизну, потому что всегда терпеть не мог цветных пижам. Это была странная ночь. Подобно тому как будто ты смотрел на себя с высоты горы, слишком издалека, чтобы все ясно различать... Утром тебя поразило, когда она встала одновременно с тобой и настояла, чтобы ты выпил кофе и поел фруктов вместе с ней; и там, за завтраком, она сообщила тебе, что неплохо бы вам пожениться. Ты уже и без того был совершенно сконфужен внезапным изменением своего статуса, так устал и не выспался, что сначала воспринял эту идею как дополнительное и необязательное осложнение. - Поскольку мы знакомы уже больше двенадцати лет, - сказал ты, - твое предложение в данный момент открывает путь для самых вульгарных предположений. - Не таких уж для тебя нелестных, - ответила она. Ее голос и взгляд были ясными, она выглядела хорошо отдохнувшей и освеженной. - Не могу понять, почему ты это предлагаешь. - Ты налил себе еще одну чашку кофе из огромного серебряного кофейника. - Я и так твой полный раб и, видимо, останусь им навечно. Я не забыл, что много лет назад, когда я не очень хорошо знал тебя, я совершил ошибку, поверив, что ты любишь меня. - Странно для нас с тобой говорить о любви, - заметила она. - После того как мы столько ее высмеивали. Да. - Тогда это была только болтовня. |
