После этого три вражеских мага не выдержали и упали. На ногах оставался только один чародей, молодой безусый юноша в светлой мантии. А рядом с ним Ирга Стрела, внешне ничем не примечательный Белогривый орк в кольчуге, но без шлема, здоровый и крепкий, с увесистой секирой в правой руке и круглым кавалерийским щитом на левой.

Вождь что-то громко прорычал на своем родном языке, и я его, разумеется, не понял. Но при этом он ударил рукоятью секиры по щиту. Значит, вызывает на бой. Между нами всего десяток метров и, держа наготове «Копье Распада», которое предназначено чародею, я вытащил из ножен ирут и направился к врагам.

Снова орк прорычал нечто неразборчивое и кинулся на меня. Однако двигался он крайне неуклюже и, приблизившись, я разглядел, что мои магические атаки для него даром не прошли. Лицо обожжено кислотой и, скорее всего, пострадали легкие, а правая нога попала под огонь и осталась почти без плоти. Как он еще двигался и разговаривал? Не понимаю. Наверное, по инерции, под действием какого-нибудь зелья или на адреналине.

Мы сошлись. Ирга Стрела взмахнул секирой и промахнулся. Я сделал шаг в сторону, а затем в длинном выпаде дотянулся ирутом до его шеи и рассек ему горло. Не жилец, можно не сомневаться. Оставался только юный, но крайне сильный и, по всей видимости, талантливый чародей, который смог отразить мои магические атаки, и я направился к нему.

– Сдавайся, – как можно более миролюбиво, обратился я к нему. – Будешь жить.

Молодой маг меня услышал и, возможно, даже понял смысл моих слов. Однако сдаваться он не собирался и его ладони, которые юноша направил в мою сторону, стали стремительно наливаться силой.

«Какой же ты кретин», – подумал я, глядя на чародея, и применил «Копье Распада», которое за секунду разрушило все энергетические каналы его тела. После чего ноги юноши подломились и он умер.

Взгляд скользнул по полю боя. Орки и чародеи не ожидали моего появления, они спасались бегством и не успели подготовиться. Отсюда мой успех. В коротком бою я уничтожил почти двести врагов, из которых сотня была чародеями. За такой поступок мне, как герою империи, положены самые высшие награды. Кстати, как регент, я могу сам себе их и вручить или организовать группу прикормленных лизоблюдов, которые это сделают за меня.

Еще раз я осмотрелся и подумал, что чего-то не хватает. Чего? Ясно. Не хватало финального взрыва, о котором говорил пророк Иеремия. Куда ни глянь, взрываться нечему. Значит, не настолько он серьезный провидец, каким казался мне раньше. Или, что более вероятно, Иеремия видел только один из многих наиболее вероятных вариантов будущего.

Стоп! Я замер и скосил взгляд в сторону. Шевеление. Один из чародеев не погиб. Он выбрался из-под груды обожженных тел и в его руке был попискивающий металлический темно-зеленый кругляш с характерной ребристой поверхностью. Артефакт? Нет! Граната. Причем уже активированная и, судя по четкой отпечатанной маркировке, которую я заметил на донышке бомбы, из технологического мира.

«А вот это уже мой косяк, прозевал недобитка», – промелькнула у меня мысль, и мозг перебрал варианты действий.

Ускориться до максимума и сбежать? Накрыть подранка с гранатой силовыми щитами? Отрубить ему руку и отбросить бомбу?

Пока я думал, тело действовало самостоятельно. Левая рука метнулась в безразмерную сумку и выхватила подаренный Иллиром артефакт, одноразовый телепорт-эвакуатор. Я его берег на самый крайний случай. Но сейчас именно такой и я не сомневался. Активировал его и на мгновение в глазах потемнело…

Зрение восстановилось, и я обнаружил, что стою в глубокой луже перед стареньким деревенским храмом в честь имперских богов. С неба льет дождь и погода мерзкая. Домишки неподалеку плохонькие, видно, что люди здесь живут небогатые.

Я решил войти в храм, чтобы узнать, где нахожусь.