— В Греции было больше мрамора, чем гранита, — усмехнулся Джо. — Если бы у них был гранит, то наверняка они легко овладели бы и им. Но я не о том хочу спросить. Как ты думаешь, почему он принял предложение твоего дедушки Джона?

— Вероятно, из-за денег, — Каролина слегка улыбнулась. — У тебя столько денег, Джо, и добываешь ты их так легко, что тебе трудно понять, что другим людям, если они хотят как-то улучшить свое положение, приходится продавать немного своего времени и таланта.

— Да, это ответ. Но…

Джо не успел высказать до конца свое мнение. Заросли неожиданно кончились, и тропинка почти что повисла над скалистым обрывом. Мягкий блеск безоблачного полдня сиял над неподвижной зеленоватой массой воды, освещаемой сверху солнцем.

Они сделали еще несколько шагов, и в конце тропинки показались широкие, удобные, выбитые в скале ступени. Железный барьер предохранял от падения в пропасть. Ступени вели к маленькой естественной бухте, где был помост на сваях, а к нему привязана большая моторная лодка.

Джо вскочил в лодку, подал руку девушке, отвязал швартовую веревку и, оттолкнувшись ногой от причала, завел двигатель.

— Здесь нет подводных скал? — спросил Джо, склонившись к Каролине и силясь перекричать шум мотора.

— Нет! Ни скал, ни водоворотов. Дно сразу резко опускается.

— В таком случае мы можем плыть спокойно.

Вскоре Алекс заглушил мотор и поставил лодку носом к небольшим волнам.

— Если хочешь немного поплавать, я останусь в лодке, — предложил он.

Она без слов кивнула головой и нырнула в воду. Ее тело описало дугу над низким бортом, он услышал плеск, и почти сразу же голова девушки в черной блестящей резиновой шапочке показалась на поверхности.

— Какая теплая вода! — воскликнула она и кролем поплыла к берегу, от которого ее отделяло не менее двухсот ярдов.

Джо завел мотор, и лодка медленно заскользила за пловчихой.

Следя за Каролиной, он видел большой кусок побережья. Белые меловые скалы, которые замечает любой моряк, достигнув берегов Англии с востока, запада или юга, тянулись по левой стороне вплоть до горизонта. С правой стороны обзор заслонял выступ, на котором стоял видимый издали павильон генерала Сомервилля. Снизу, со стороны моря, казалось, что павильон висит в воздухе. В действительности же он стоял на вершине каменного столба, почти отвесно уходившего прямо в волны. Маленькая, едва видимая снизу балюстрада указывала место соединения скального отрога с материком. Между павильоном и бухтой по краю берега тянулась зеленая линия, образуемая старыми деревьями и подлеском, ветки которых свисали над пропастью. Местами на солнце блестели прутья решетки, ограждающей со стороны моря владения генерала. По-видимому, он приказал установить ее, опасаясь, чтобы кто-нибудь, плохо знакомый с топографией парка, не рухнул в пропасть, которая идущему от дома открывалась совершенно неожиданно и до последней минуты не была видна из-за буйной растительности. С этой стороны проникнуть в Мандалай-хауз было невозможно. Конечно, оставался еще причал и ступени, ведущие в гору, если кому-то непременно хотелось подойти к владению генерала со стороны моря.

— Джо!

Задумавшись, он не заметил, что девушка уже доплыла до берега и теперь вернулась назад к лодке. Он подал ей руку и одним рывком втянул в лодку.

— Я умею править, вода восхитительная, поплавай, а я останусь тут.

Джо отрицательно покачал головой.

— Видимо, я старею, потому что меня больше начинают интересовать теоретические вопросы и ради них я забываю о самых простых удовольствиях. В эту минуту, например, мне очень хочется узнать, ты давно знакома с Мерил Перри?

— Мерил? Подожди секундочку… — Каролина спустилась в каюту и тотчас же вышла с большим купальным полотенцем.