Маркби постарался изобразить одновременно вежливую и поощрительную мину, но в душе он испытывал удивление, смешанное с трепетом. Мередит оказалась права!

— Недавно я имел честь познакомиться с мисс Фостер, которая заведует приютом для престарелых копытных, — заявил Эрик, беспокойно ерзая в кресле и переставляя цветы в вазе на столе. — Раньше наше общение сводилось к обмену письмами через третьих лиц. Когда пропала девочка… извините, ваша племянница… Кстати, очень рад, что она нашлась. А тот тип в лесу… ну, труп… Его опознали?

Видимо, Эрик радовался предлогу оттянуть мучительное для себя объяснение.

— Да… — нехотя ответил Маркби. — Он уже привлекался к суду за преступления на сексуальной почве.

— Значит, невелика потеря! — Эрик замолчал и полюбовался созданной им цветочной композицией. — Секс то и дело всплывает в жизни, верно?

— М-м-м… да, — осторожно согласился Маркби.

Эрик слегка встряхнулся.

— Ну вот, когда девочка и ослица пропали, я заехал в приют выразить сочувствие. Мисс Фостер показала мне своих подопечных. Я в жизни не видел лошадей и ослов в таком жутком состоянии, но она безмерно предана им! По-моему, она очаровательна. Она не просто красива, она одухотворенна… — Эрик помрачнел. — Она испачкала нос грязью… Я предложил ей свой платок, но она отказалась, а вытереть ей нос самому у меня не хватило смелости.

Маркби с трудом подавил смех. Какая жалость, что Мередит сейчас не с ними! Эрик хочет пооткровенничать… Да, мужчины с глазу на глаз иногда тоже говорят друг другу такое!.. Куда там женщинам, которые пудрят носик… Интересно, далеко ли зайдет Шумахер?

— Она в самом деле замечательная молодая женщина, — объявил Эрик. — И очень, очень привлекательная — точнее, была бы настоящей красавицей, если бы не ее вечные джинсы и резиновые сапоги. И стрижка у нее просто ужасная. Если честно, мне хочется…

Он замолчал, и в глазах у него появилось отсутствующее выражение. Пальцы рассеянно трепали замученный цветок.

— Сыграть роль Пигмалиона? — с улыбкой предположил Маркби.

— Вот именно! — пылко согласился Эрик. — Отвести ее в хорошую парикмахерскую, одеть в приличную одежду — надеть на нее юбку! Боюсь, вы неправильно меня поймете. Мне и самому немного стыдно, как будто я старый развратник, который хочет соблазнить невинную девушку. Но я вовсе не это имел в виду. — Он посмотрел на Маркби в упор. — В отношении мисс Фостер у меня самые серьезные намерения.

— Боже правый, Эрик, я вовсе не подозревал вас ни в чем дурном! Девушка вам нравится. Что тут преступного?

— Да, она… мне понравилась, она мне очень нравится! Но я навел справки. Ей всего двадцать четыре года, а мне сорок четыре. Как по-вашему, двадцать лет — большая разница? — с тоской в голосе поинтересовался Шумахер.

— Ерунда! Мисс Фостер вполне самостоятельная молодая женщина.

Маркби сам не знал, стоит поощрять Эрика или нет.

— Да-да! — Слегка смутив своего гостя, Шумахер наклонился к нему и схватил его за рукав. — Знаете, я ни разу не был женат. Всегда был очень занят, вечно куда-то спешил. Моя жизнь не была легкой. Сначала я изучал гостиничное дело и гостеприимство, потому что так хотели мои родители. Потом оказалось, что я неплохо играю в хоккей. Я сделал спортивную карьеру, а после ее завершения снова занялся гостиничным бизнесом. У меня не было времени на создание семьи.