— Ну я бы не хотел биться об заклад относительно него, Читтервик, но Линн действительно один из лучших людей на свете. Возможно, по части мозгов он не первый сорт, но зато мозги есть у Джуди, вполне хватит на обоих. Однако мне так же невозможно подумать на него, как на самого себя.

И он покраснел.

— Тогда к какому же выводу вы пришли? — с симпатией и одновременно с интересом спросил мистер Читтервик.

Его собеседник коротко рассмеялся.

— Бог его знает, к каким. Понятия не имею. Зная мисс Синклер, не могу поверить, что она могла покончить самоубийством, тем более в таком месте, как Зал для ленча «Пиккадилли-Палас», а все же… Но ведь это все мы и хотим разведать, да?

Теперь смутился мистер Читтервик.

— Да. Конечно. Несомненно. Я безусловно хочу предпринять все, что в моих силах. Но затруднение, понимаете, состоит в том… Ну, одним словом, расследование — дело специалистов, а у меня для этого совершенно нет никакой квалификации.

— Неужели? — спросил молодой человек и улыбнулся так, словно был уверен в обратном, просто мистер Читтервик изволил на этот счет пошутить по причине, о которой извинительно не догадываться.

— Да, именно так, — очень искренне подтвердил мистер Читтервик.

— А тогда, — спросил молодой человек, — как же быть с делом об отравленных конфетах, как это назвали газеты?

— А? — удивился мистер Читтервик.

— Мне все о нем известно.

— Вам? Известно?.. Каким образом?

— Сын помощника главы Скотленд-Ярда приходится мне довольно близким приятелем.

— О! — только и нашелся что ответить мистер Читтервик.

— Так что мы не станем обсуждать недостаток квалификации.

— Нет, но действительно, — возразил мистер Читтервик и начал очень старательно объяснять, что вовсе не он решил загадку, а она решилась сама собой.

— Фью, — вот и все, что ответил молодой человек.

И прежде чем мистер Читтервик успел понять, как все это произошло, было заключено партнерство и сам он занял должность главного сыщика.

— Очень хорошо, — вздохнул мистер Читтервик, смиряясь с неизбежностью. Вы можете заверить миссис Синклер, что в любом случае я сделаю все возможное, хотя это может оказаться весьма несущественным вкладом в расследование. Мистер… мне очень неловко, но я до сих пор не Знаю вашей фамилии.

— Ой, да зовите меня просто Маус, — небрежно отмахнулся молодой человек, — меня все так зовут.

И они приступили к подробному обсуждению ситуации. В создавшихся обстоятельствах мистера Читтервика прежде всего заинтересовало алиби майора Синклера. Если бы возможно было подтвердить, что до половины третьего майора в «Пиккадилли-Палас» не было, то это послужило бы доказательством его невиновности, независимо от того, кто именно совершил загадочное убийство. К сожалению, майор не мог назвать ни одного свидетеля в подтверждение своих слов.

В соответствии с его показаниями во время ленча он был в своем клубе «Радуга» на Пикадилли. Примерно в четверть третьего, после ленча, его позвали к телефону. (До сих пор его ответы не вызывали вопросов.) Человек на другом конце провода назвался мистером Экклсом, его соучеником по Оксфорду. Майор Синклер удивился. Хотя они действительно одновременно учились в одном и том же колледже, с Экклсом он едва был знаком. У них были совершенно разные интересы, а колледж Сент-Мери известен своими групповыми пристрастиями. Майор Синклер был членом общества «Баллингдом», а Экклс относился к тем, кого баллингдомовцы пренебрежительно называли «этими типами.