В это время коллеги пятерых одержимых окружили их. К ним уже спешили какие-то люди в одежде с символикой того самого артефактного концерна, изобретшего «Героизм».

«Поздно, — мысленно вздохнул я. — Слишком поздно».

Своим внутренним восприятием я видел, что всех пятерых полностью захватила Злоба. Истекали последние секунды, когда их разумы еще боролись.

Я тащил принца изо всех сил, желая выиграть больше времени. Благо, тот уже и сам прекратил упираться. Масса людей отступала ко дворцу. Встревоженные, люди оглядывались, желая понять, что происходит.

Представители артефактного концерна подбежали к пятерке пораженных Злобой исполнителей. Последних повалили на землю, стягивая руки и ноги ремнями. В это время артефакторы, обмениваясь нервными взглядами, доставали из сумок какое-то оборудование. Кажется, они частично понимали, что происходит.

«Три, два, один…» — мысленно считал я сам себе…

Громкий хлопок разнесся над затихшей толпой. Ремни, которыми стянули руки того самого низкого крепыша, порвались один за другим. На глазах привлеченных звуком людей взметнувшаяся рука воина схватила за горло ближайшего артефактора.

Не знаю, правда ли раздался тошнотворный хруст, или его нарисовала моя разыгравшаяся фантазия. Я лишь отчетливо видел, как пальцы сжались, ломая человеку шею, словно та была сделана из тонкого картона. Голова несчастного откинулась назад, повиснув под неестественным углом. Из ушей и рта уже мертвого человека хлынула кровь.

На долю секунды округу охватила неестественная тишина. Замершие люди, похоже, не хотели верить в то, что видят. И в этот момент все было слышно и видно даже слишком хорошо.

Человек с переломанной шеей упал на спину и задергался. Остальные в ужасе отхлынули от одержимого, но тот, будто опробовав силы, действовал все быстрее с каждой секундой.

— А-а-а-а-а-а-а-а! — истошно завизжала какая-то женщина. — Убивают! Помогите! Спасите!

Её резкий возглас тут же подхватили сначала отдельные шокированные видом люди. А через секунду голосила уже вся толпа.

В один момент порвав ремни из толстой кожи, одержимый подскочил, приняв какую-то полусогнутую, звериную позу. Охваченные тьмой глаза бегло осмотрели толпу, а потом он ускорился, рванув к беззащитным людям.

Я уже знал, что увижу, и все равно невольно содрогнулся. Усиленный Злобой, одержимый превратился в настоящую мясорубку. Буквально за несколько секунд он голыми руками разорвал на куски с пол десятка человек. Разорванная плоть и брызги крови разлетелись по округе, вызывая уже даже не панику, а настоящую истерику.

Толпа сошла с ума. Объятые ужасом дворяне топтали друг друга, лишь бы покинуть двор, превратившийся в филиал ада. Я окинул взглядом пространство и увидел, что остальные четверо одержимых также освободились от ремней.

«Скоро здесь повсюду будет лишь одна смерть, — подумал я. — Надо просто бежать».

Все, что я наблюдал, прошло за считанные секунды. Мы с принцем как раз едва взбежали по лестнице, оказавшись на площадке перед входом во дворец. Народу вокруг хватало, но самая давка была чуть ниже по ступеням. Напиравшие снизу роняли тех, кто был выше, и сами же не могли взобраться через их брыкающиеся тела наверх.

В этот момент из распахнутых дверей выбежал десяток Исполнителей — то ли подкрепление, то ли просто патруль. Их командир, носящий золотистые погоны, первым делом кивнул своим на Альбрехта.

— Вы двое, проводите принца в безопасное место, — сказал он. — Остальные к королю!

Оставив двоих коллег, Исполнители побежали к лестнице, где начали расталкивать обезумевших людей, тем самым открывая дорогу королю со свитой.