— Твой статус означает, что, помимо магии, тебе придется быть подкованным и в политике, — произнес Винтерс и хохотнул. — Я это терпеть не могу, а ты, может, еще и во вкус войдешь. Непростой ты парень.

Показав еще несколько основных объектов, таких как государственный театр и публичная библиотека, он еще с полчаса ездил по центру. Вместе мы наблюдали, как постепенно город преображается, и уставшие загнанные клерки, приплясывающие на остановках от холода, сменяются разряженными в меха богачами, выходящими из дорогих энергомобилей. К этому времени совсем стемнело, город переходил к ночной жизни.

— И так конец каждой недели, — фыркнул Винтерс. — Самодовольные болваны идут жрать свой стейк и забываться в алкоголе или объятиях шлюх. Вот они, развлечения для цивилизованных горожан.

— Вы слишком требовательны к ним, — ответил я. — Основная масса людей живет, просто чтобы получить удовольствие. Им неведомы амбиции вроде жажды магии или достижения чего-то в жизни.

Наставник хмыкнул.

Мы еще поездили по центру. Винтерс объяснил мне строение улиц, чтобы я смог разобраться, если по какой-то причине окажусь здесь один.

— Если ты окажешься в центре, значит, всегда будет возможность просто узнать информацию у прохожих, — наконец произнес он. — Так что здесь нет смысла терять много времени.

Он резко мотнул рулем, сворачивая с Центрального проспекта.

— Куда интереснее будет ситуация, если ты окажешься в местах, где расстаться с жизнью легче, чем с девственностью! — он посмотрел на меня и заржал, явно довольный своей шуткой.

— Наставник, — покачал головой я. — Ваше общение иногда некорректно.

— Привыкай, — пожал плечами Винтерс. — На службе тебе придется общаться с теми еще отбросами.

Пока мы разговаривали, я видел, как потихоньку меняются виды за окном. Дома становились все ниже и проще. Пропали яркие огни, обмельчали вывески. Решив воплотить вторую часть прогулки, Винтерс вез меня показать не самые приятные места города.

— Новый Свет таит в себе много всего, — произнес он. — Давай-ка посмотрим и еще кое-что.

Я думал, что уже видел окраины Нового Света, однако вскоре понял, что ошибался. Видимо, вблизи главных дорог, ведущих к выездам из города, все равно поддерживался хоть какой-то порядок на улицах. Но на этот раз Винтерс свернул в сторону, и виды начали разительно меняться.

Непритязательные серые коробки домов сменились на какие-то лачуги. Хоть и в несколько этажей высотой, они, казалось, были построены из всего, что попалось под руку, и выглядели отвратительно.

По грязным обочинам ходили закутанные в тряпье люди. Где-то прямо на улице развели костры, чтобы готовить еду или просто греться. Кто-то там и спал, видимо, не имея своего угла даже в грязных бараках.

— Вот в таких местах я и провел свое детство, — произнес Винтерс. — Думаю, давно бы уже сдох в драке или угодил бы на рудники за преступление, если бы не магия.

Невольно разговор затих. Я вспомнил своего однокурсника Кира и других выходцев с улиц. Теперь, при взгляде на эти отвратительные места, ребята уже не казались мне примитивными. Они выжили здесь и выбили билет в лучшее будущее.

— Такие места собирают много грязи, включая тех, кто находится в нашей юрисдикции, — продолжал объяснять Винтерс, пока я разглядывал трущобы. — Маги-преступники, мрази вроде Чистых и мутировавшие люди. Этого здесь хватает.

— А какой факультет занимается такой работой? — спросил я.

— Факультет силовых операций, или попросту «боевики», — пожал плечами Винтерс.