— А, это ты, — сказал он лениво, — ты застал меня врасплох, Регин.

Регин осмотрел горы, высящиеся над рекой, затем внимательно поглядел вверх и вниз по течению в ущелье.

— Гусь топтался по моей могиле, и теперь я не могу заснуть.

Ивар уловил в словах Регина тень недоброго предчувствия.

— Я не видел никого, — отозвался он, — кроме разве что речных крыс и парочки сов. Впрочем, можешь сам посидеть со мной и прислушаться, если тебе от этого станет легче.

— Благодарю, присяду. — Регин уселся неподалеку, по уши завернувшись в плащ. Глаза его обшаривали темноту ночи, и посох лежал на коленях, под рукой.

Ивар втянул носом сырой запах, который источал отсыревший плащ Регина, и еле подавил дрожь. Маг пахнул так, словно до того долго лежал в старом сундуке в погребе. Ивар обнаружил, что вспоминает ночь, когда он схватился врукопашную с Лоримером, вспоминает запах и ощущение жесткой, дубленой кожи чародея, веками отмокавшей в болотной воде и торфе, а сейчас сохранявшейся в растворе мести и ненависти.

Он подскочил, услышав тихий шорох, — но это только Регин вытянул поудобнее ногу.

— Совсем не гнется, — пробормотал он. — Жесткая, точно нога старого оленя, которую обглодали собаки… — Он осекся и прислушался. — Слышишь?

Ивар ничего не слышал и честно в этом признался.

Регин поднял палец вверх, призывая его помалкивать:

— Сейчас услышишь. Ну хотя бы уши у меня не состарились.

И действительно, Ивар услыхал слабый звук. Похоже было, что не то бурлит вода, не то кипит огромный чайник. Регин схватил его за руку и ринулся к лагерю. Бурление усиливалось, переходя в рев. К изумлению Ивара, небо начало отливать смутным светом, точно наступал восход. Альвы пробудились от истошного крика Регина и повскакивали, хватаясь за оружие, затем поспешно бросили его и бегом пустились под укрытие нависающего над рекой берега. Флоси задержался, дожидаясь Регина.

— Ивар! Беги туда! Это Фафнир! — кричал Регин, подталкивая Ивара к каменному козырьку. Вещи в спешке были разбросаны по песку, и Ивар никак не мог разглядеть меча Элидагрима.

— Меч пропал! — отчаянно вскричал он, поскольку в свете, который излучал приближающийся дракон, уже было видно как днем.

— Забудь о мече! Беги, беги! — кричал Регин, и в этот миг показался дракон, едва не задевая в полете стены каньона. Был он огненным и слепящим, словно комета, огромным, как корабль викингов, и раскинутые огромные крылья напоминали паруса. Смертоносная маленькая голова на длинной извивающейся шее предшествовала светящемуся телу с огромным брюхом, а замыкал это зрелище длинный колючий хвост. Звук, который издавал дракон, напоминал смесь рева чересчур разгоревшегося костра и деловитого металлического лязга кузницы, перемежаемых резким треском хлопающих крыльев. Гигантский зверь с громом пролетел над самыми их головами и вдруг развернулся, точно учуял пришельцев, устремился вниз, решив еще раз облететь ущелье.

Регин толкнул Ивара к реке.

— Беги в воду! — закричал он, указывая на мелкий рукав реки, завернувший в сухое русло. Ивар побежал к нему по широкой песчаной полосе.

Дракон, грохоча, опустился к ущелью, его крылья едва не задевали скальные стены. Ивар увидел, как голова чудища мечется из стороны в сторону, и в тот же миг отчетливо понял, что дракон ищет взглядом именно его. Кровь застыла у него в жилах, и ноги едва повиновались ему. Он слышал испуганный крик Флоси, затем увидал Регина — тот мчался вниз по берегу, слева от него, то и дело останавливаясь и посылая дракону угрожающие жесты.