— Поэтому ты вчера не появился в гимназии, да?

— А что, Леонид не догадался прикрыть меня перед учителями? — делано удивился я, на что Ольга звонко рассмеялась, а охватившее ее беспокойство изрядно сбавило в силе, почти перестав давить мне на мозги. Уже хорошо.

— Перед учителями — да. А вот твоим сестрам он головы задурить не смог, — пожала плечами девушка. Я тяжело вздохнул, и молча сидевший рядом Хромов не сдержал легкой ухмылки. — Так что вчера вечером они заглянули к нам в усадьбу, вполне резонно предположив, что именно там ты и обретаешься, забив на реноме прилежного гимназиста, старосты и их учителя.

— Понятненько. Значит, скоро эти две… ученицы заявятся сюда? — Я ткнул пальцем в браслет на руке Оли. В ответ умница-красавица смущенно кивнула, но, тут же вспомнив, что при нашей с ней связи никакой маской меня не обмануть, стерла с лица смущение и примирительно улыбнулась.

— Ну, у тебя же опять браслет не отвечает. Вот я и… Кстати, а что случилось с твоим браслетом? — переключилась Ольга.

— Хм. Я бы предпочел поговорить на эту тему в присутствии Валентина Эдуардовича, — медленно проговорил я. Ну а что? Логичный выбор. Уж на его счет я могу быть уверен, что никаких планов во вред, так сказать, в отношении меня у Бестужева-старшего нет. Насколько вообще в этом мире можно быть в чем-то уверенным. Так что и выбор, с кем посоветоваться о происходящем, тут даже не стоит. Других вариантов у меня попросту нет.

Ольга понимающе кивнула, а вот Хромов напрягся. Нахмурился и, отставив кружку в сторону, уставился на меня.

— Что-то серьезное? — осведомился он.

— Скажем так… странное. — Я ушел от ответа, но гвардейцу этого хватило. Он понимающе кивнул и, извинившись, вышел из-за стола. Могу поспорить, уже через минуту Бестужев будет в курсе моего горячего желания пообщаться. Вот и славно. Значит, пока я могу немного расслабиться и чуть-чуть отдохнуть… перед предстоящим разговором. А он, чую, будет до-олгим.

— Мужчины, — вздохнула Ольга. — Все у вас тайны да проблемы…

— Ну, уж какие есть, такие есть. — Я развел руками и, вспомнив кое о чем, встрепенулся. — Кстати, о тайнах… Скажи мне, о великий специалист по безопасности, раскрой секрет…

— Какой? — опешила Ольга.

— Я тут краем уха услышал о такой вещи, как газ… или не газ… взвесь? Короче, услышал, что есть некое летучее вещество, способное отрубить одаренного, даже если тот его не вдохнул. Это правда?

— Хм. А зачем тебе? — нахмурилась Ольга.

— За тем же, зачем и система фиксаторов в доме, — хмыкнул я. — Так что, это правда?

— Ну, как тебе сказать… есть разные вещества, способные воздействовать на одаренных, — медленно проговорила моя пассия, но тут же уверенно кивнула. — В том числе и аэрозоли. Подожди. Ты, случаем, не про легендарный «Стопор» говоришь?

— Легендарный стопор? Это что? — не понял я.

— Ну, ходит такая байка о специальном аэрозоле в арсенале некоторых специфических государственных структур, проникающем за любой щит вроде как за счет наполненности самой смеси Эфиром, — пояснила Оля и покачала головой. — Говорят, он даже техники может рассеивать, поглощая энергию. Но это только байка, Кирилл, не больше.

— Да? — Я мысленно вздохнул. Можно было бы сказать ей, что со вчерашнего дня это вещество выбыло из списка легенд ввиду своей реальности, но зачем? А в том, что вырубили меня в «Девяточке» именно им, я почти не сомневаюсь.