- Меня…?! – сделала большие глаза Шираиши, - Зачееем?

«Затем, что мои хотелки маман проигнорит со свистом, если она запала на нашего очкарика (а она могла!), а вот такую славную овечку как ты – не обидит никогда в жизни», - подумала Сахарова, начав вдохновенно врать тихоне о том, какую потенциальную пользу жизни, учебе и карьере может принести благорасположение мадам Сахаровой, уже впечатленной нашим Акирюшей до отшелушивания пяток.

На самом деле Лена как раз и желала впечатлить маман Акирой, причем, желательно, до щелчка, то есть до ситуации, когда все семейство принимает решение, что вот этот вот японский молодец рыжей в мужья годится аж со свистом. И начинает действовать. Для этого нужного было пройти по кромке льда, не замочив лапок, чем сейчас хитрая рыжая и страдала.

Лена знала Японию, знала местные вкусы и обычаи, причем очень даже хорошо, благодаря тому же Акире. Для него, в местных раскладах, она была старушкой и гайдзинкой, а сам упрямый, вредный и холодный очкарик – стопроцентным японцем, вокруг которого крутятся две крышесносные бабы. И если у синеглазки просто планку рвет, и вся смазка в письку уходит, то при взгляде на Ману, когда та около Кирью находится, вообще страшно становится. Не впечатление создается, а уверенность, что скажи он ей раздеться и прыгнуть под поезд – она так и сделает, не раздумывая!

Поэтому увы, но бедной несчастной девочке нужны союзники, хитрости и махинации. Только с союзниками беда. Ну ладно, уболтала она Маночку, а что дальше? У той ноль идей о том, как нашего сухаря заманить на ужин к Сахаровым. Соврать? Ой не стоит… Как только правда вылезет, он Ленку похоронит. Правду сказать? Да не пойдет он тогда, сто пудов!

- Можно с Рио поговорить…, - тихо выдала Шираиши, не отрывая взгляда от красной панды, - …у вас же были договоренности?

- Были, - кисло буркнула Ленка, - Да и есть. Но это тогда не семейный ужин получится, понимаешь?

- Тогда не знаю…

«Ну же, милая, помогай!», - взвыла про себя Сахарова, уже распланировавшая немало из своей будущей семейной жизни, - «Мы тебя в любовницы возьмем! Еще до свадьбы!»

Не то чтобы Ленка была прямо би-би, но при взгляде на Ману у неё руки почему-то чесались только так. И не только они.

- Надо что-нибудь придумать, Мана-тян. Надо! – вздохнула Сахарова, принимала волевое решение вдарить по черному кофе, - Пойдем! Нам потребуется стимуляция!

Глава 14. Благие намерения

Светлая сторона монеты в обучении взрослых людей – они внимательно слушают, задают вопросы по делу и ценят знания. Темная сторона в занятиях – их чувство юмора.

- Как летят дни! – с фальшивым надрывом провозгласил здоровенный бугай, делая вид, что утирает слезы, - Вчера еще наш сенсей был совсем маленьким, вот такусеньким, а сегодня уже громит штаб-квартиры якудза!

- Вообще-то, он вчера разгромил, так что «вот такусеньким» был позавчера! - резонно возразила другая гора мышц и тестостерона, - Так что сегодня еще что-нибудь натворить может!

- Набьет рожу Тако?

- Тако сейчас тебе набьет рожу!

- Сенсей, зачем вы их позвали? – недовольно спросил я, пытаясь настичь неуловимого как ртуть Огавазу, учащего меня правильной постановке ступней при передвижении в бою.

- Они меня пригласили на номикай, - обозначив два быстрых удара по моему бедру, учитель снова «утёк» в бок, выйдя из-под моего удара локтём, - Так что терпи.

Номикай. Традиция пить после работы в рабочем же коллективе. Очевидное признание возвращения Огавазы Суичиро в когорту нормальных людей. Крайне существенный шаг вверх по общественной шкале Японии, совершенно недостижимый для того существа, кем был мой учитель некоторое время назад.