- Ничего, - качнул я головой, - Он просто вспомнил, как подрабатывал в юности. В деревне.

Инвалид с боевыми протезами (а ничем иным его конечности быть не могли), продолжил попытки сближения с наматывающим круги Тоетоми, но не мог за ним угнаться. То есть мог, но при этом был бы вынужден выйти из своей защитной стойки, чего волосатый делать ни в коем случае не хотел, только вот до него быстро дошло, что так он скоро выпустит противника в слепую зону. Под ободряющие крики инвалид сменил манеру передвижения, принявшись гоняться за куда более быстрым противником с вытянутой вперед металлической рукой, пальцы которой были угрожающе растопырены.

Сделав еще почти круг, Тоетоми неожиданно споткнулся, упав на подставленные руки. Волосатый метнулся вперед как атакующий кабан или даже носорог, если учесть протез, направленный к противнику, и угрожающий вцепиться тому в плечо… но Сатоши именно этого и добивался. Полуобернувшись, он отбил в бок роботизированную конечность, мешая той за него схватиться, а затем, в том же полуобороте, на инерции, поймал в согнутую в полукольцо руку мохнатую голову своего врага. Резкий короткий рывок «надевшего черное», опершегося спиной на сетку под влиянием туши волосатого, короткий хруст-щелчок, и…

…падение мелко содрогающегося тела на пол арены в полной мертвой тишине.

Бой окончен. Смертью.

- Когда боец постоянно путешествует с места на место, ему часто предлагают подработать в деревнях, - объяснил я Хиракаве, сидящей с раскрытым ртом, - иногда даже в качестве забойщика. Первое правило убийства скота заключается в том, что смерть необходимо принести как можно более внезапным способом, и, желательно, не вводя животное в стресс. Те же правила действуют, если ты бродяжничаешь и решаешь поохотиться на кого-нибудь. Внезапная и эффективная атака приносит ужин чаще всего.

Тоетоми был совершенно не готов к бою насмерть. Он, бывалый уличный боец, ни разу за свою жизнь не выходил на ринг с целью уничтожить своего противника, лишить жизни. Искаженное понимание самой сути конфликта, иллюзия «чести», «доблести», «схватки», оно так сильно въелось в саму природу «надевшего черное», что он попросту не мог воспринять настоящий бой как реальность. Сатоши готовился сражаться по старинке, одолеть противника в привычном режиме, а затем, совершив над собой определенное волевое усилие, убить.

Что могло сработать…, но он изначально был лишен покоя и уверенности в себе.

Глядя на решившего коротко поклониться мне бойца, уходящего с арены, я лишь досадливо поморщился. Когда ты учишь человека чему-то полезному, и он тебе благодарен – это приятно. Но когда ты вынужден учить элементарному, самой простой вещи на свете, то получить за это даже такую почесть кажется… ну, излишним.

- Акира, ты монстр, - дрогнувшим голосом буркнула Хиракава, - Давай встречаться?

- Нет.

Хватит c меня социальных ролей, норовящих отхватить один кусок ценного времени за другим.

- Поехали домой. Здесь все интересное кончилось, - заключил я, глядя на служителей арены, закатывающих тело мертвого инвалида на носилки.

- С тобой вроде хотят поговорить, - отметила девушка, выглядывая из-за меня.

- Обойдутся. Я еще успеваю на тренировку к Коджиме.

- О! Я с тобой!

- Хорошо, научишь Мичико не бегать по квартире в трусах.

- Она опять за старое?!

«Поговорить». Японцы формалисты. Даже такие, как весь увитый мышцами «дикарь», большую часть жизни бегавший по стране пешком. Выйди из шаблонов, удиви, заставь японца импровизировать – а затем лови его на том, чем он никогда в этой жизни не занимался. Ничего особенного. Как говорил Суворов: «удивил – значит победил». В случае с японцами это значит: «удивил – значит уничтожил без потерь».