Очередной уличный бой. Противник, молодой плечистый японец лет двадцати, сильно напоминающий молодого Тоетоми, сражается в стиле боевого карате, нанося сильные размашистые удары. Не опасные, не акцентированные, но мощные и уверенные, призванные сломить, сокрушить противника. Он атакует, с большой неохотой переходя в защиту, но вынужден – сопротивляться такому напору я могу либо разрывая дистанцию, либо практикуя связки из муай-тай. Ни один адекватный человек не подставится под муай-тай. Но так я только отпугиваю противника, когда он начинает наседать, в основном мои удары ничем не отличаются от его.

Мы молотим друг друга уже почти четыре минуты, зрители улюлюкают и орут, вдохновленные зрелищем долгого и «мясного» боя. Каратист ниже меня, но плотнее, шире, основательнее. Он обладает куда более плотной мышечной защитой и широким арсеналом атак, постоянно пытаясь взять меня в захват или перевести драку в партер. Стандартные стратегии победы над таким массивным и подготовленным типом попросту не работают. Ему тоже со мной трудно, слишком легко и быстро я разрываю дистанцию, постоянно ставя японца в неудобное тактическое положение.

Выход мы нашли практически одновременно, совершенно одинаковый. Он привел зрителей в настоящее неистовство. Оба принялись лупить друг друга на полной выкладке, прямо по блокам, раз за разом долбя в одни и те же места. Плечо, бедро, локоть, неважно, главное приложить сильнее несколько раз. Работа на сокрушение!

Я победил только за счет того, что смог «обработать» крепышу сразу и плечо, и бедро. Ему из-за роста пришлось довольствоваться только одной зоной, которую я время от времени ухитрялся уводить, так что, упав на одно колено, парень поднял руку, сдаваясь. Зрители визжали как фанаты метал-группы, состоящей из ребенкоподобных женщин.

- Ну и крепкий же ты тип…, - прохрипел парень, вставая и держась за отсушенную ногу, - Ксо, а так жрать хочется…

- Это ты так голодным дрался? – слегка удивился я, - Значит, мне повезло.

- А вот мне не очень…, - он добродушно, хоть и вымученно, ухмыльнулся.

- Я никогда не беру приз с победы, - подумав, признался я, - Оставляю, чтобы его разыграли другие. Думаю, если заберу сейчас и подарю тебе – ты не обидишься?

- Ну, если всё так, как ты говоришь, то спасибо тебе, мужик! – тут же повеселел крепыш, - Приму с удовольствием!

Полный пакет свежих высококачественных продуктов. Рис, мясо, яйца, сочная зелень, несколько рыбьих тушек, особый соевый соус и, самое главное, фрукты. Редкость для Японии. Даже для меня, учитывая то, что получаю паек в деревне и имею возможности для заработка, такой пакет далеко не дешевка, но считаю, что забирать его как трофей неправильно. Это вопрос… моего уважения к людям, идущим по пути развития, пусть даже по такому ущербному. Мало кто из молодежи готов упорно работать на результат, все ловят «пору юности», чтобы потом остаток жизни провести в офисе, а может быть, даже умереть от переработки.

Когда я уже проталкивался сквозь оживленно переговаривающуюся толпу, готовящуюся лицезреть следующий матч, на выходе из неё мне заступила дорогу знакомая фигура, увидеть которую я здесь я не ожидал. Неестественно широкая и угловатая под глухим плащом, шатко стоящая на ногах, увенчанная головой, украшенной всеми признаками недомогания, истощения и недосыпа.

«Сломанный». Знаменитый детектив Спящий Лис. Ивао Хаттори.

- Здравствуй, Кирью-кун, - кивнул он, - Можно с тобой поговорить?

- Вы хотите поговорить с тем, кого только что избили на ринге? – наклонил голову я.

- Я видел, - покивал детектив, - Страшные удары. Мне бы хватило одного, чтобы больше никогда не встать с кровати… в лучшем случае. Но что-то мне подсказывает, что ты выберешь поговорить со мной здесь и сейчас, а не когда-нибудь потом.