Эйриз сердито фыркнула.

– Будь у тебя голова на плечах, ты бы подумал о последствиях. Что, если бы мне пришлось застрять здесь, внизу, в этом протухшем воздухе? Я бы потеряла ребенка прежде, чем мы оказались на полпути домой. – Она машинально провела рукой по своей тонкой талии.

– Ты не слишком преувеличиваешь? – усмехнулся Джирран, поворачиваясь к ней. – Прошло уже полгода с тех пор, как нас сковали над Мизаеновой наковальней. Когда Мэвелин собирается дать тебе сыновей, чтобы обрабатывали твою землю вместе со мной? Может, тебе стоит поискать святое место, если у здешних нечестивцев таковое есть, и просить ее благословения?

– А может, она ждет, когда ты докажешь, что способен обеспечить меня? – едко парировала Эйриз. – Пока что все твои грандиозные планы закончились ничем. Все, что тебе удалось, это опозорить моего брата вашим арестом. Не знаю, что скажет мама!

– Она ничего не скажет, потому что ты ничего не скажешь ей. – Джирран упреждающе поднял руку, и Эйриз торопливо отступила за узкую кровать.

– Но мама спросит, как наши успехи, – нервно залепетала она. – Мы же так надолго уехали, и ты обещал… – Она умолкла, когда муж шагнул вперед.

– Сходи сегодня за покупками. – Джирран выдавил улыбку. – Купи себе пару хороших отрезов на платье и что-нибудь из безделушек. И найди своей матери каладрийское кружево, оно должно ей понравиться.

Наполняя мешочек медными монетами, он добавил более жестким тоном:

– Найди, чем ее удовлетворить, чтобы она не совала нос в мои дела. – Джирран бросил кошелек на кровать.

Эйриз кивнула и, счастливо улыбаясь, привязала кошелек к поясу. Затем взяла теплую вышитую шаль с вытертого стеганого покрывала и, накинув ее на плечи, направилась к двери.

Джирран схватил ее сильной рукой.

– Не нужно спешить, моя милая. – Он смахнул прядь золотистых волос с ее щеки и поцеловал, сначала легко, потом сильнее, и все настойчивее прижимал к себе.

– Уже поздно. – Эйриз уперлась ладонями в его широкую грудь и кокетливо отвернула лицо. – Лучшие товары привозят утром…

– А лучшие покупки совершаются вечером.

Его крепкое объятие исторгло у Эйриз слабый вскрик, но она весьма охотно уступала поцелуям мужа. Довольный шепот Джиррана вынуждал ее сдавленно хихикать, дыхание женщины все убыстрялось, и она уже вытаскивала блузку из пояса, когда неожиданный стук испугал обоих.

– Приведи себя в порядок, – рявкнул Джирран, поправляя штаны. – Кто там?

– Мы, – последовал ехидный ответ из-за грубой деревянной двери.

Джирран развязал веревку, заменяющую щеколду, чтобы впустить Кейсила и Тейриола. Тейриол пристально глянул на сестру, увидел румянец на ее лице, но Эйриз помотала головой, немая мольба светилась в ее васильковых глазах.

– Что вы делали утром? – поинтересовался Джирран с завидным хладнокровием. – Служанка сказала, вы ушли на рассвете.

– Да вот, думали попытать счастья на бегах. – Кейсил выразительно посмотрел на зятя. – Искали другой способ извлечь какую-то прибыль из этой поездки.

– Вам надо было разбудить меня. Ну и на что похожи здешние лошади? – с неподдельным интересом спросил Джирран.

– Они крупнее, – ответил Тейриол с лающим смехом, – быстрее и более гладкие.