Джиррана распирало от самодовольства.

– Если верить певцу, эти люди зовутся эльетиммами.

– Я должен знать это название? – Кейсил сдвинул брови. – Звучит знакомо…

– Аниатиммы? – подсказал Джирран. У Кейсила отвисла челюсть.

– Но это лишь сказка для зимних ночей у огня!

– А что, если нет? Что, если эти люди, где бы они ни были, рождены от той крови?

Оба замолчали. Музыка гремела, и танцующие кружились мимо них.

– Думаешь, такое возможно? – Позабыв вражду, Кейсил размышлял над этим поразительным известием.

– Баллада говорит о белокурых людях, – сообщил Джирран.

– Значит, нас снова сделали главными злодеями, – протянул Кейсил. – Это не новость. Добрая половина сказок у жителей низин говорит про белобрысых воров, нападающих на курятник бабушки.

– У здешних крестьян – да, – кивнул Джирран, – но с чего бы песне из далекого Тормалина рассказывать это? Баллады, которые мы слышали в Селериме, в основном предупреждают о босоногих варварах, совершающих набеги с дальнего юга.

Кейсил развел руками.

– Вот тебе и ответ, верно? Это островитяне, варвары Южных морей, да?

– Они темнокожие и темноглазые, – уточнил Джирран. – Эта песня не может быть о них.

Кейсил озадаченно пожевал губу.

– Но ты думаешь, это и правда могут быть аниатиммы?

– Песня говорит о Людях Льдов. Это ведь не может быть совпадением?

– Нет, – выдохнул Кейсил. – Не думаю, что это совпадение. – Он посмотрел на Джиррана. – Но что это означает для нас, кроме того, что сказка превращается в быль? И зачем нам искать аниатиммов? Их изгнали, потому что их вождь пытался сделать себя единственным правителем всех долов!

– Эти люди владеют магией, Кейси, – напомнил Джирран, пристально глядя на шурина. – Они достаточно владеют магией, чтобы пересечь океан и ходить невидимыми среди жителей низин. Если верить песне, навозники в страхе бегут от этих эльетиммов. Подумай об этом, Кейсил. Если это – аниатиммы, то их магия должна быть истинной магией, не извращением чародеев с низин. Настоящая сила, вкорененная в горы в прежнее время и не запертая Шелтиями в тайны Солнцестояния. Если это аниатиммы, тогда у нас общая кровь, пусть и разделенная бессчетными поколениями. Что, если мы заявим о родстве и потребуем помощи?

Не дождавшись ответа, Джирран продолжал:

– Вспомни истории, что рассказывают у очага в бессолнечное Солнцестояние. Что, если бы снова удалось вызвать вирма Сейдера? Он бы выгнал жителей низин из наших рудников скорее, чем рудничный газ! Что, если бы можно было послать в долы призраков Морна? Пусть прогонят всех глупых коров за ближайший утес! Мы могли бы запутать ноги воров, ставящих капканы в наших лесах, верно? Келл Ткач делал это!

– Но это только сказки, Джирран, – возразил Кейсил, хоть и не слишком уверенно.

– Неужели? – парировал Джирран. – Как и аниатиммы, так нам всегда говорили. Но как еще жители низин узнали бы о них, если б не было в этом какой-то правды?

Кейсил смутился.

– Это всего лишь песня, Джирран. Какой-то менестрель выдумал историю, чтобы пощекотать нервы жителям низин. Скажи мне, что происходит с этими эльетиммами? – Горец выделил последнее слово. – Ставлю мои лучшие сапожные пряжки, что они потерпели неудачу. – Кейсил фыркнул, враждебно глядя на невнимательных танцующих, плетущих сложную фигуру по всей длине зала.

– Не так, как ты бы предположил, – с довольным видом ответил Джирран.