— А ваш муж каменщик?

— Да. Каменщик. И он член профсоюза строителей, — добавила она, как бы повышая статус мужа.

— Инфаркт у него случился в девять часов вечера?

— В девять мне позвонили из больницы, и я сразу же отправилась туда.

— К тому времени ваша дочь уже ушла из дома.

— Да.

— Стало быть, она не знала, что отец попал в больницу?

— Нет, откуда же.

— Итак, вы поехали в больницу...

— Да.

— А когда вернулись домой?

— Я провела в больнице всю ночь.

— Всю ночь?

— Он ведь был в реанимации, — напомнила миссис Аннунциато.

— Ну хорошо, а утром когда вы вернулись?

— В начале десятого.

— Стало быть, вы не знали, что вашей дочери всю ночь не было дома?

— Нет.

— А ваша мать была дома в ту ночь?

— Да.

— И она ничего не сказала, когда вы вернулись? В том смысле, что Нэнси не было всю ночь?

— Да ведь это не в первый раз.

— То есть как? Вы хотите сказать, что Нэнси, бывало, не возвращалась домой ночью?

— Нынешняя молодежь... — миссис Аннунциато покачала головой. — Когда я была девушкой... да случись такое, отец убил бы меня. Но теперь... — она снова покачала головой.

— Итак, в том, что ваша дочь не вернулась в ту ночь домой, не было ничего необычного?

— Ну, я бы так не сказала. Не то, чтобы это было правилом. Но иногда, верно, случалось. Она говорит... она говорила нам, что останется у подруги. Ну, а там кто знает, подруга или друг? Лучше не спрашивать. В наши времена лучше не спрашивать, не знать. Она была хорошей девочкой, так что лучше не знать.

— И вы точно не знаете этого Кори Макинтайра? Дочь никогда не называла его имени?

— Никогда.

Ну, и что же теперь делать? Допустим, Макинтайр это тот, кого мы ищем. Допустим, он был здесь, в городе, шестого октября, когда кто-то убил Марсию Шаффер, а также тринадцатого октября, когда кто-то, предположительно тот же самый человек, убил Нэнси Аннунциато. Допустим, я позвоню ему и спрошу, где он был в эти дни, а он повесит трубку и сбежит в Мексику или куда-нибудь еще. Классно. Он перелистал свой телефонный справочник и нашел номера полицейского управления Лос-Анджелеса. Набрав нужный номер, он попросил соединить его с отделом расследований.

— Браниган, — послышался голос в трубке.

— Говорит детектив Карелла из Айсолы. Есть проблема.

— Слушаю.

Карелла рассказал об убийствах. Упомянул имя, отмеченное на экземпляре журнала в спальне у Нэнси Аннунциато. Сказал, что этот человек живет в Лос-Анджелесе, добавил, что, если это действительно убийца, телефонный звонок может вспугнуть его. Браниган слушал.

— Так что надо-то? — спросил он наконец. — Ты хочешь, чтобы мы взяли его на себя?

— Мне кажется...

— Положим, мы начнем с визита к нему, — продолжал Браниган. — И положим, этот парень скажет, что в один из этих вечеров он играл в кегли, а мы спросим, с кем он играл, и он назовет имена. Итак, отлично, начали с этого. Далее мы скажем, что отправляемся по адресам этих троих, которых, может, и на свете не существует, а наш герой что в это время делает? Если наш герой действительно убийца, он сбегает в Китай. То есть делает то, чего ты опасаешься. Так зачем же тратить время? Если он действительно убийца, он ведь не скажет нам, что как раз в эти два дня был на Восточном побережье и занимался этими девчонками, так? Особенно, если у него хватит мозгов понять, что у нас нет оснований для его ареста до того, как вы предъявите ему официальное обвинение.