Когда совсем стемнело, Тайгер осторожно спустился с дерева и замер под ним. Звуки выплывали из ночи полуоформившиеся, неясные, как видения. Некоторые из них были знакомы Тайгеру, и он не обращал на них внимания. Другие настораживали, и он долго вслушивался, пытаясь разгадать их происхождение.

Минуту спустя Тайгер бесшумно, как оборотень, заскользил к дому, сливаясь с зеленой массой сада. Он и не чувствовал себя сейчас человеком. Он был зверем, и интеллект уже не управлял этим существом, которое собиралось неслышно вползти в дом и, добившись своего, так же бесшумно выползти оттуда, возможно оставляя кровавый след.

Первого агента Службы Безопасности Тайгер обнаружил в кустах ежевики, напротив приоткрытого окна в спальню. Щель в окне соблазнительно маячила темным проемом. Настолько соблазнительно, что Тайгер невольно сравнил ее с голой женщиной, раздвинувшей ноги.

Агент лежал на животе головой к окну и держал в руке пистолет. Тайгер несколько секунд смотрел сзади на его беззащитную спину, а затем, бесшумно продвинувшись вперед, ударил агента костяшкой большого пальца под основание черепа, немного правее центра затылка. Он собирался нейтрализовать всех, кто попадется у него на пути, и тем самым обеспечить себе более или менее безопасный отход.

Тайгер еще раз бросил взгляд на приоткрытое окно и двинулся вдоль виллы к северному ее крылу, где находились апартаменты Луса, – четыре комнаты, выходящие окнами на залив.

«Что побуждает человека в наше время пускаться в авантюры, – думал Тайгер, бесшумно ступая по траве. – Может, бедность? Но Лус далеко не бедный человек. Зависимый, это да, но не бедный. Может, он хотел свободы? Возможности полностью распоряжаться собой? Но кто посягал на его свободу? Ему дали возможность контролировать работу корпорации на свое усмотрение и требовали всего один отчет в неделю».

Тайгер дошел до угла и остановился, полагаясь на свое ощущение, которое говорило, что впереди опасность. Он напряг слух, но ничего не услышал, затем осторожно потянул носом и уловил едва ощутимый запах одеколона. Кто-то поджидал его прямо за углом. Всего лишь в метре-полутора, не более. Иначе запах невозможно было бы уловить. Наверняка человек держит наготове пистолет, если судить по его коллеге, тело которого остывает в кустах.

Тайгер сделал несколько шагов назад и в сторону и пошуршал кустами, после чего мягким прыжком вернулся обратно к стене. Тот, кто находился за углом, никак не прореагировал на шорох.

«Хорошо вышколили», – подумал Тайгер. Если бы не запах одеколона, можно было подумать, что за углом никого нет. Но, тем не менее, там кто-то был.

Тайгер приблизился к углу настолько, насколько это было возможно. Теперь, кроме запаха одеколона, он ощущал запах пота. Затем его ухо уловило чуть слышный мягкий шорох одежды, а затем из-за угла появился человеческий силуэт и двинулся к кустам. Тайгер заглянул за угол, проверяя, нет ли там кого-нибудь еще, а затем бесшумно настиг агента, который, широко расставив ноги, всматривался в кусты. Получив страшный удар в промежность, агент без звука осел в траву и скрючился. Боль парализовала его.

Вскоре он стал приходить в себя. Его рука медленно потянулась к оброненному в траву пистолету. Тайгер припечатал ее каблуком. Второй ногой он ударил агента в челюсть и, когда тот раскрылся от удара, нанес ему еще один – в сердце. Агент перестал существовать. Его сердце, переполненное кровью, было остановлено в тот самый момент, когда оно готовилось вытолкнуть ее из себя.

«Двое», – равнодушно отметил Тайгер и, обогнув угол, продолжил свой путь.