— Галл, что там с северными районами? — Коммодор наконец-то выделил несколько минут для того, чтобы узнать, отчего бывший пиратский лорд забил тревогу, призывая хотя бы пару раз отбомбиться по указанной цели чуть ли не всем доступным авиакрылом..

— Странное что-то творится, коммодор. Эту погань выбивали уже дважды, но они с упорством дварогов возвращаются. Стягивают силы к складам, вокруг которых происходят основные стычки, теряют солдат, технику, но не отступают. Там внутри определённо что-то для них важное, но вот отбить склады сил на севере не хватает…

— И ты, предлагая задействовать авиацию, предлагаешь просто этот склад разбомбить?

— Так будет проще и быстрее всего. Да и целью я указывал не сам склад, а основной в него ход, по схемам — единственный, через который можно вытащить что-то габаритнее боевого дроида. Завалим — и всего делов. Но бомбить придётся серьёзно, имперцы строили на совесть. Схемы присылать, или поверишь на слово? — Трюи Галл на той стороне замолчал, а Хирако сильно задумался, не обращая внимания на пульсацию в висках — первые весточки будущей мигрени. Он уже три часа как выполнял свои непосредственные обязанности в роли единственного оставшегося в строю командующего “высшего звена”, и общая картина складывалась такая, будто цели у подпольщиков действительно не было. И отчёты с северной части столицы это косвенно подтверждали. Воля тех, кто стоял за нападениями будто направляла своих солдат туда, где их гарантированно уничтожили бы, и при этом — с максимальными разрушениями. Нужно ли было это криминальным царькам Маррикона, о которых до сего дня вообще ничего слышно не было? Возможно. Но зачем? Для чего жертвовать сотнями разумных и тысячами дроидов? Отвлечь внимание?

Что-то на задворках сознания Хирако не давало ему в это поверить. И то была не интуиция, а нечто иное. Не сверхсила, как можно было бы подумать, а банальная рациональность. Уж что-что, а к поиску причинно-следственных связей Аполло своего друга-по-неволе приучил, и эта способность коммодора ещё не подводила.

— Проникнуть на склад вариантов нет?

— Ни единого. Можно, конечно, стянуть туда все силы, но тогда мы фактически бросим остальные направления, а это повлечёт закономерные вопросы. — Слова Галла были сплошь логичны, так что Хирако не мог ему возразить. И, немного поколебавшись, плюнул на всё, решив пойти наиболее разумным в данной ситуации путём.

— Доступ к складу будет перекрыт сразу же, как это станет возможным. Можешь сосредоточиться на иных задачах.

— Принято, коммодор. Спасибо.

И связь отключилась, вернув мысли Хирако в десантный отсек челнока, где и был развёрнут небольшой командный пункт. Смешно, но коммодор приносил максимальную пользу именно отсюда, крайне изящным образом выйдя из области, можно сказать, сетецентрической войны, из-за которой командование прямо из штаба усложнялось в разы. Каюррианцы, конечно, справлялись, и даже доминировали над противником, но проблемы всё равно испытывали…

— Сорок седьмой, мне нужно твоё заключение. У тебя есть доступ ко всей тактико-стратегической информации? — Хирако ничего не стоило выйти на связь с любимым юнитом Аполло, который к тому же находился совсем рядом. Никакого смысла присутствовать в челноке лично для него, в отличии от Хирако, не было, так что этот своенравный, истинно Каюррианский дроид обретался на последнем этаже занимаемой ими высотки.

— Верно, коммодор. — Упомянутый коммодор поморщился от того, что сорок седьмой решил вместо систем скафа задействовать внутреннюю связь челнока. — Я внимательно вас слушаю.

— С какой вероятностью мы… — Хирако замолчал на долю секунды, будто бы выискивая в себе решимость продолжить.