Вы не поверите, Тревис тосковал по броненосцу. В свободное время он обнимал и расчесывал Банни (хоть тот и не научился приносить палку), а еще играл в амбаре с котами (он их назвал в честь знаменитых бандитов — Джесси Джеймс, Белль Старр и так далее). Но все это было не то. Чтобы подбодрить брата, я предложила сходить к миссис Холлоуэй, посмотреть новорожденных щенят. Мы прошли полмили по Локхартской дороге до покосившегося домика миссис Холлоуэй. Хозяйка в грязном переднике открыла облупившуюся дверь. Мейзи, среднего размера коричневая с белым собака, заскулила и приподнялась со своего места.

— День добрый, миссис Холлоуэй, — поздоровалась я.

— Привет, Мейзи, — сказал Тревис. — А что с ней? Ей больно?

— По щенятам своим скучает, — ответила миссис Холлоуэй. — Были, и нету.

— Куда они делись? — спросил Тревис.

Миссис Холлоуэй замялась.

— Да уж так получилось. Скорее всего, койот перепрыгнул забор, когда у Мейзи была течка. И вот вам результат — семь уродливых щенков. Слыханное ли дело? Семь! Вы таких никогда не видели, их даже раздать нельзя. Господи помилуй!

— Я одного возьму — быстро вставил Тревис.

Я испуганно посмотрела на него. Мы же папу с мамой не спросили.

— Или даже двух.

Я рассердилась не на шутку.

— Трех!

Я пхнула брата ногой.

— Миленькие вы мои, — смутилась миссис Холлоуэй, — опоздали вы. Мистер Холлоуэй устал от бесконечного лая, засунул щенков в мешок, да и отправился на реку. Минут десять как ушел.

— Не может быть!

— Бегите, может, еще догоните. Но лучше вам этого не делать, такие уж уродцы, прости господи.

Тревис рванул с места и понесся как сумасшедший. Я пробормотала «до свидания» и со всех ног бросилась за ним.

— Тревис, стой! Не надо!

Он припустил еще сильнее. Я почти догнала его, но у меня мучительно закололо в боку. Пришлось перейти на шаг, и я сразу отстала ярдов на сто. Вдалеке показался всадник на лошади. Мистер Холлоуэй. Едет обратно. Тревис что-то крикнул, чего я не расслышала. Мистер Холлоуэй покачал головой и ткнул пальцем через плечо в сторону моста. Тревис побежал туда.

Когда я поравнялась с мистером Холлоуэем, он спросил:

— Зачем вам эти полукойоты?

Я заторопилась дальше. Тревис стоял на мосту, лихорадочно всматриваясь в медленное течение реки. Надеялся уловить признаки жизни. Но ничего не было видно. Ни мешка, ни щенят, ни даже пузырей, и я была за это благодарна — для Тревиса так лучше.

— Их больше нет, — сказала я братишке.

Мы постояли на мосту еще несколько минут. Тревис не произнес ни слова. Я обняла его за плечи и повела домой. Прошло несколько месяцев, пока он снова смог заговорить об этом.

Глава 4

Бесовское отродье

Доверчивость птиц свойственна всем наземным видам. <…> Однажды, пока я лежал на земле, держа в руке сосуд, сделанный из черепашьего панциря, на краешек его уселся дрозд-пересмешник и принялся спокойно пить воду.

Несколько недель спустя торчу я как-то на кухне, глажу Идабель, путаюсь, как обычно, у Виолы под ногами, и тут появляется Тревис. Улыбка до ушей, в руках старая соломенная шляпа, прикрытая красным шейным платком, а в шляпе что-то шуршит.

— Всем привет! Угадайте, что у меня.

— Что бы это ни было, ему не место на кухне, — отрезала Виола.

— Ну, и что это? — мне и любопытно, и тревожно.