— Заходи, сейчас я записную книжку найду.

— Я лучше здесь постою.

— Да мне надо, что бы ты тут посветил, а то, как у негра в жопе…

— Я не буду туда заходить. Я в темноте совсем ничего не вижу… — я потыкал в очки.

Чем больше старик зазывал меня в гараж, тем сильнее я понимал, что заходить в тесноту металлической коробки мне нельзя категорически. Да еще, последние десять минут, Демона нигде не было видно. Я свистнул, надеясь, что загулявший пес услышит мой зов. Дед тут же выглянул из гаража, подозрительно обвел глазами окрестности:

— Ты что шумишь?

— Я же говорю — собачку ищу.

— На бумагу, тут телефон хозяина записан. Позвони ему, у него точно все в порядке с подключением.

— Хорошо, спасибо — я вытянул руку и выдернул из руки старика клочок бумаги. Подходить к двери гаража ближе я не собирался: — Сегодня позвоню.

— Позвони, позвони. — дед захлопнул дверь, затаившись в темноте гаража.

Интересно, что он там делает, в темноте? Пока я уходил, мне казалось, что моя спина горела от злобного, пристального взгляда. Потом, мне пришлось еще пол часа бегать кругами по узким тропкам и кустам, пока эта черная рожа Демона не выскочила из — за какой-то мусорной кучи. Пес был мокрый, грязный, но чрезвычайно довольный. Давно я не видел его таким счастливым. Было ощущение, что Демон временно променял меня пробегающую мимо течкующую суку, с которой он все это время и отводил душу. Интересно, как он разогнал кучу конкурентов? Несмотря на явный косяк, мой четвероногий друг был таким счастливым, что у меня не нашлось сил ругаться на него.

По номеру телефона, написанному корявым почерком на обрывке тетрадного листа, я позвонил через пару часов, когда отмыл, посеревшего от грязи, пса в своей сидячей ванной. Возможно, мне показалось, но голос в телефоне был похож на голос деда с татуировкой «СЕВЕР» на кисти, что давеча настойчиво пытался заманить меня в темный гараж.

— Здравствуйте. Мне сказали, что по этому номеру я могу услышать Федора Ивановича.

— Это я, а кто спрашивает?

— Это инспектор Энергосбыта. Я сегодня был возле гаражей и мне сказали…

— А, я понял, о чем вы. Можете приехать, я вам все покажу. У меня стоит счетчик, и он опломбирован Энергосбытом. И за свет я плачу. Можете приехать вечером, я вам все покажу, и счетчик и квитанции о оплате.

— Нет, спасибо, тем более, что это участок не мой. Раз у вас все в порядке, то и замечательно. Просто видно, что у вас на столбе отводка нестандартная стоит. Так что, извините за беспокойство, всего вам хорошего.

Я положил трубку и задумался.

Плохо, что сегодня не получилось подобраться к этим гаражам, и вечером, естественно, я туда не пойду. Можно, конечно, смастырить удостоверение инспектора «Энергосбыта», тем более, что запас пустых красных корочек у меня есть, а в это время, различные документы, заполненные посредством печатной машинки, были достаточно распространены. Главное — оттиск печати похожий в уголок влепить. Но, варианты вечерней встречи могут быть самые разные. Это при свете дня дедушка постеснялся мне на улице голову молотком проломить, а вечером, вполне может не сдержать свое желание. И отволокут меня до затопленного карьера, носящего сейчас романтическое название — озеро Подъемное. А может быть, покажут мне электросчетчик, подключенный к кабелю и на этом проверку Энергосбыта можно считать законченной. Нет у инспектора этой организации дополнительных полномочий, чтобы продолжать вынюхивать и высматривать. А как человек, отвечающий за оплату и оформление договоров энергоснабжения, я этой банде, вряд ли, интересен. Скорее убьют, если сразу не уйду, а попробую втереться в доверие.