Она посмотрела ему в глаза, тревожный взгляд делал Натали еще привлекательнее. Впервые девушка почувствовала, что между ними существует какая-то тесная связь.

— Но в таком случае возникает другая опасность, — беспечно продолжил Джонатан, коснувшись пальцами ее подбородка. — Ты так истощишь мои силы в постели, что у меня просто не останется энергии, чтобы идти куда-то еще и получать удовольствие в другом месте. К тому же, боюсь, это удовольствие вряд ли сравнится с тем, что можешь дать мне ты.

Ему нравилось дразнить Натали Хейслет и наблюдать за тем, какое впечатление производят на нее его слова.

Прежде чем она успела вновь на него наброситься, молодой человек взял у нее из рук бокал шампанского, поставил его рядом со своим на стол и слегка сжал ее руку.

— Я вижу Мадлен. Пора тебя ей представить.

Натали обычно с большим удовольствием посещала различные рауты и вечера. Впервые ей позволили заглянуть на один из таких приемов в возрасте пяти лет; мать называла это маленьким сборищем, там собралось около девяноста человек. Девочка почувствовала нечто вроде благоговейного страха при виде столов с едой, льющегося рекой шампанского, разноцветных платьев и фраков, картину дополняли музыка и смех гостей. После этого еще раза два девочке позволяли присутствовать на подобных вечерах, а в 1842 году во время сезона состоялся ее дебют, когда пришло время выходить в свет. Именно в то лето на бале-маскараде Натали встретила Джонатана.

Ей хотелось вычеркнуть из памяти тот далекий вечер. Тогда он впервые поцеловал ее. О Боже, как одно незначительное событие может перевернуть всю жизнь человека.

А сегодня он сопровождал ее, красивый, элегантный способный очаровать кого угодно и с поразительной легкостью солгать. Ее щеки горели от его слов, но она не знала что сказать в ответ на его самонадеянное заявление. И нелепое. Поэтому Натали молча шла рядом со своим спутником как послушный щенок.

Джонатан подвел ее к группе оживленно разговаривающих женщин на противоположном конце танцевального зала. Как и полагается француженкам, дамы с энтузиазмом обсуждали наряд жены графа, и ими был вынесен безжалостный вердикт, что в своем платье Клодин походила на ребенка собирающегося принять участие в пасхальном параде Разумеется, англичанки также непременно бы коснулись этой темы, но вели бы себя более сдержанно и благоразумно

Затем взгляд Натали упал на Мадлен Дюмэ. Девушка сразу узнала эту ослепительную красавицу, высокую и элегантную, с каштановыми волосами, разделенными в середине и приподнятыми кверху. Ее роскошное атласное платье модного фасона, с желтыми бутонами роз на лифе и оборке, с глубоким вырезом и черными кружевами, подчеркивало ее пышную грудь и тонкую талию. В одной руке она держала полураскрытый веер черного цвета с отделкой из золота, через другую руку была переброшена черная шаль. Ее движения отличались легкостью и грациозностью. Все это делало Мадлен самой заметной среди дам. Она относилась к тем женщинам, подумала Натали, которым мужчины посвящают стихи, ради обладания которыми готовы даже умереть или затеять сражение. Да, она была настоящей красавицей, достойной всего этого.

Джонатан подошел к ней, она повернула голову, и ее светло-голубые глаза вспыхнули от удовольствия.

— Месье Дрейк, я так рада, что вы приехали на бал, — широко улыбнувшись, сказала Мадлен и открыто посмотрела ему в глаза.

Джонатан взял ее руку и поцеловал красивые длинные пальцы.

— Мадам Дюмэ, очень приятно. Позвольте мне представить вам мою жену Натали, — добавил он, поворачиваясь к своей спутнице.

Этот неприятный для Натали момент, казалось, растянулся на часы. Она вдруг почувствовала себя маленькой и ручной. Застыв в напряженной позе, она крепко зажала веер в руке.