– Ой, а что это? – искренне удивилась Ирина, – Семен Аркадьевич, поясните.

– Если говорить простым языком, то технологическая сингулярность – это такой гипотетический момент, после которого технический прогресс станет настолько быстрым и сложным, что окажется недоступным пониманию. Признаюсь, даже мне. Поэтому я решил вернуться в наше время не просто так, а предварительно собрав необходимые знания из будущего. На это пришлось потратить более двух лет. Вот почему я выгляжу немного старше, вернувшись в наше время.

– Семен Аркадьевич, а как вам удалось доставить в наше время эту полезную научную информацию? – внезапно задал актуальный вопрос Петр. – Ведь это не так просто…

– Петя, дорогой, ты всегда был лучшим моим учеником, потому как смотришь в корень проблемы, – обрадовался вопросу Минх. – В будущем все пользуются так называемой молекулярной памятью. В наше время об этом пока даже не мечтают, потому как весьма сложно: для запоминания можно использовать цифровые биты молекулы. Поэтому я использовал голографическая память. Для них это, как говорится, день вчерашний, а для нас – не совсем скорое будущее. Этот вид хранения информации позволяет обеспечить очень высокую плотность записи при сохранении максимальной скорости доступа к данным. Для этого используется ниобат лития. Иными словами, на небольшом приборчике соизмеримом с современной флэшкой, вполне возможно разместить тысячи цифровых страниц, каждая из которых содержит до миллиона бит.

После этого Минх достал из кармана небольшой квадратный приборчик, напоминающий брелок для ключей, в середине которого имелась небольшая кнопка. Ничего не нажимая, он лишь утвердительно обнадежил Ирину и Петра: мол, проверял, работает и в нашем времени.

– Профессор, теперь понятно, почему мы тут у вас собрались, соблюдая меры предосторожности. Вы весьма осмотрительно опасаетесь, что желающих отнять у вас эту «чудо-флэшку» будет огромное количество.

– Совершенно верно, – утвердительно кивнул Минх, – Но я не знаю, что мне делать дальше. Недопустимо скрывать от человечества эту уникальную информацию. Но если я обращусь в оборонное ведомство, то её в лучшем случае засекретят и тем самым навредят человечеству. Коллеги, я не знаю, что мне делать!

– Я знаю, как нам поступить, – решительно откликнулась на реплику профессора Ирина. – Я хочу, чтобы вы, Семен Аркадьевич, встретились с одним человеком. Он известный уфолог и что самое важное – понимающий человек. О доставленной вами информации из будущего даже ему говорить пока нет необходимости, а вот рассказать о своем путешествии, считаю, следует. Он подскажет, как верно поступить в данной ситуации.

Минх и Ухов согласились с предложением Ирины и она тотчас достала визитку и набрала номер телефона Вадима Александровича. К телефону долго никто не подходил, после чего молодой голос ответил: «Слушаю».

– Добрый день, Я хотела бы поговорить с Вадимом Александровичем. Он сам дал мне визитку с номером телефона.

– Это невозможно. Он умер, – после небольшого замешательства ответил голос.

– Как… умер! – от неожиданности Ирина чуть не заикалась.

– Скоропостижно. Две недели назад. Пожалуйста, не звоните сюда больше.

Ирина отключилась и, находясь под впечатлением полученной информации, принялась взволнованно рассказывать коллегам о встрече и беседе с ушедшим уфологом.