В полдень вернулись к ленчу дядя Джейк с ребятами. Клинт с Ником заехали посмотреть, как идут приготовления. Эмили сделала достаточно сандвичей с ветчиной, чтобы хватило всем, но после ленча выгнала с кухни мужчин, и они с Лиссой принялись за работу над изысканным обедом.

— А пахнет хорошо, это точно, — заявил Джо, когда Джейк привез его из школы. Мальчик вертелся у сверкающего стола и подоконников, где остывали пироги, но мать строго следила за ним.

— Сегодня вы должны быть на высоте, молодой человек, — напомнила Лисса, протягивая ему стакан молока и ломоть хлеба, намазанного джемом. — Брат шерифа Клинта и его жена — особые гости. Ты должен проявить свои лучшие манеры.

— Манеры Джо всегда безупречны, — включилась в разговор Эмили, подмигивая мальчику. — Но если будешь играть в джин с Уэйдом Баркли, Клинтом или Ником, помни — никакого шулерства! — вдруг добавила она.

— Шулерства? — У Лиссы расширились глаза.

— Дядя Джейк показал мне, как это делается, и я теперь могу сам выполнять такие трюки, которых никто не заметит, — похвастался Джо.

В ответ на испуганное выражение лица матери Эмили мрачно кивнула.

— Боже мой! — тихо воскликнула Лисса. — Может, тебе лучше постараться это забыть до отъезда в Сан-Франциско…

— Ты не уедешь в Сан-Франциско, ты, маленькая гадюка! Ты вообще никуда не уедешь!

Эмили выронила из рук морковь, которую она в это время резала. Морковка покатилась по полу и остановилась, ударившись о запыленный сапог Джона Армстронга.

Бывший жених Лиссы заполнил дверной проем хибары. Мужчина выглядел даже крупнее и мощнее, чем он запомнился Эмили. В руке у него было ружье, которое он небрежно держал сбоку, на поясе висел зачехленный нож. Лисса сдавленно вскрикнула. Джо, сидевший за столом, точно примерз к стулу. Маленькая рука мальчика крепко сжимала стакан с молоком.

Эмили почувствовала, как у нее остановилось сердце, через секунду сделало резкий скачок и снова забилось, часто и больно ударяя в грудь.

Снаружи все оставалось мирным и спокойным. Легкий ветерок играл листьями осин, весело пел жаворонок, и пищали цыплята в новом курятнике рядом с конюшней. Ничто не нарушало очарования этого теплого дня. А внутри хибары приятный аромат свежих пирогов смешался с отвратительным запахом пота Джона Армстронга. Единственным звуком в наступившей тишине кухни был еле слышный испуганный вскрик Лиссы.

Губы Армстронга медленно раздвинулись в злобной улыбке.

— Видите ли, леди, я оказался проездом в этом городе. Заскочил по пути на совершенно новую работу в Хантсвилле. И что я узнаю! Весь город говорит о какой-то грандиозной свадьбе, назначенной на завтра, с массой гостей. — Армстронг вошел в дом и ногой захлопнул за собой дверь. — Когда я случайно услышал некоторые знакомые имена, радости моей не было предела. Все складывалось очень удачно для меня. — Его улыбка ширилась, делаясь при этом все более угрожающей. — Но не так хорошо для тебя, сучка, и твоего драгоценного выродка, — сказал он, глядя на Лиссу. Он перевел взгляд па побелевшее лицо Эмили, стоявшей за стойкой. Ее рука лежала на большом кухонном ноже. — И не так счастливо для твоей пронырливой подруги, вообще для вас всех.

— Нам нужно поговорить, Баркли, — сказал Джейк Спун, окидывая шерифа суровым взглядом.

Его лошадь беспокойно гарцевала посреди дороги, когда он остановил Клинта и Ника в четверти мили от ранчо.

— Спун, этот разговор не может подождать? Я еду встречать дилижанс, которым прибывает мой брат.

— Это не займет много времени. — Не обращая внимания на Ника, непринужденно сидевшего на большом черном жеребце, Джейк с непроницаемым лицом в течение секунды изучал широкоплечего человека, выследившего и отправившего его в тюрьму более семи лет назад.