Ронуэн хмуро оглядела свое старенькое платье. Оно было чистым, сшитым из прочной, но грубой шерстяной материи. Очень простого покроя, без всяких украшений — ни лент, ни тесьмы, ни вышивки.

А какие волосы были у женщин! Косы, увитые разноцветными сарацинскими тканями. Ронуэн погладила свою единственную косу, повертела в руках выцветшую ленточку и почувствовала себя очень неловко.

Она ощутила пряный запах какой-то еды, и рот сразу наполнился слюной. Высокий парень поддерживал огонь в костре и бросал в кипящий котел маленькие кусочки сладкого теста. Он заметил ее голодный взгляд и ухмыльнулся.

— Сладости для сладкой девочки. Что тебе дать?

Ронуэн покачала головой.

— У меня нет монет, чтобы тебе заплатить.

Парень не сводил с нее глаз.

— Есть разные способы оплаты.

Ронуэн был знаком этот плотоядный взгляд, и она, негодующе фыркнув, отвернулась. Мерзкий жулик. Очевидно, ее старая одежда не являлась препятствием для подобного рода предложений. Мужчина есть мужчина независимо от национальности.

Она заметила двух молоденьких девушек, на пару лет моложе ее. Они шептались и поглядывали на симпатичного парня.

Парень взглянул на хихикавших девушек и нагло ухмыльнулся. Девчонки прикрыли лица фартучками и бросились наутек, продолжая хохотать. Ронуэн вдруг почувствовала себя очень старой.

В детстве жизнь ее не слишком радовала, но все же была немного легче. А теперь все стало сложным и запутанным. Кому можно доверять, а кому нет? Что хорошо, а что плохо?

Если ты сражаешься за большое правое дело, будут ли тебе прощены мелкие прегрешения? Ответа на эти вопросы Ронуэн не знала.

А потом ее отвлек растерянный голос:

— Но он же сказал мне, чтобы я ни на шаг от вас не отходил. Пожалуйста, леди Джослин…

Ронуэн не слышала остальных английских слов, поскольку сосредоточилась на двух: леди Джослин. Итак, Джослин теперь стала английской леди. Как будто в подтверждение этой мысли приятный женский голос проговорил на правильном английском языке:

— Тогда организуй, чтобы кто-нибудь доставил все это в замок. Считай, что имеешь мое разрешение нанять одного человека или двух. Ну же, иди, я уверена, что ты справишься.

Охваченная страхом, смешанным с любопытством, Ронуэн оглядела бурлящую толпу в поисках леди Джослин. Ее взгляд скользнул по худенькой темноволосой женщине.

Вот она. Джослин.

Она была одета вовсе не как английская леди, скорее как обычная валлийская женщина. На голове платок, удерживавший темные волосы, на плаще — кельтская застежка.

Пока Ронуэн разглядывала подругу детства, Джослин остановилась у стола, уставленного корзинами с ягодами, и поманила продавца.

— Ты уже назначил цену на это? Если цена покажется мне разумной, я заберу все.

Ронуэн довольно долго смотрела, как оживленно торговались продавец и покупательница. Благородной английской леди больше не было. Вместо нее появилась та самая женщина, которой Ронуэн искренне восхищалась десять лет назад. Когда сделка была наконец заключена, оба ее участника казались одинаково довольными. А Ронуэн еще больше смутилась. В это время Джослин обернулась, чтобы отдать какое-то указание не отходившему от нее стражнику, и заметила Ронуэн. Она несколько секунд, прищурившись, разглядывала бывшую подругу, затем обошла стражника и устремилась к ней.

— Ронуэн? Ты Ронуэн? — спросила она.

Ронуэн гордо выпрямилась.

— Да, это я. Здравствуй, Джослин. Или я теперь должна обращаться к тебе «леди Джослин»?

Ее заносчивость не произвела ни малейшего впечатления на Джослин. В мгновение ока Ронуэн оказалась в крепких объятиях. Когда же Джослин слегка отстранилась, чтобы получше разглядеть подругу, ее улыбка была широкой и искренней.