— Интересно, с какой стати Изольда пошла за Ронуэн? Хитрая чертовка наверняка как-то заманила девочку в лес.

Джослин пожала плечами.

— На этот счет Изольда говорила весьма уклончиво. У меня есть некоторые подозрения, но доказательств нет. В любом случае я не позволю плохо обращаться с Ронуэн и не дам тебе силой…

— Я ни к чему не принуждал ее силой, — устало возразил Джаспер. — Но если ты считала, что я способен на такое, почему не вмешалась раньше?

Джослин засмеялась.

— Просто я не считала, что мое вмешательство необходимо.

— Тогда почему ты нападаешь на меня сейчас?

— Потому что ты явился сюда без Ронуэн, — сердито выпалила она. — Почему ты не привел ее на ужин? Или в наказание за ее мнимые преступления ты намерен заморить ее голодом?

Джаспер уставился на стоявшие перед ним блюда: жареная рыба с подливой, белый хлеб.

— Так пошли ей какой-нибудь еды, — пробормотал он.

— В твою комнату? — зло фыркнула она. — Ну уж нет. Тем самым я сообщу всем, что она твоя любовница, которую ты запер у себя. Скажи, Джаспер, как бы ты поступил, если бы твои рыцари стали вести себя также по отношению к женщинам, в особенности валлийским женщинам, которым не по душе присутствие англичан на их земле? Ты их накажешь или похвалишь, если они силой навяжут свое внимание…

— Я не насиловал ее!

Джаспер вскочил на ноги, сильно толкнув стол. Кубок перевернулся, и по скатерти расползлось кроваво-красное пятно. В наступившей тишине было слышно, как вино тонкой струйкой стекает на пол.

Джослин внимательно смотрела на деверя, проигнорировав его гневную отповедь.

— Я буду считать, что нет. Не знаю, поймут ли меня другие. Есть только один способ исправить содеянное тобой зло.

— Зло? Содеянное мной?

Джаспер взъерошил обеими руками волосы. Больше всего на свете ему хотелось что-то сломать или разбить, но он сдержался, потому что в глубине души понимал: Джослин права. Если он не в состоянии обуздать свои желания в отношении женщины, чего можно ждать от его подчиненных?

— Боже правый, — простонал он. — Чего еще ты от меня хочешь, женщина? Говори и оставь меня в покое. Я хочу спокойно поужинать.

Джослин улыбнулась.

— Приведи ее сюда. Пусть она будет гостьей в Роузклиффе и…

— Гостьей? Ты сошла с ума!

— И ты будешь обращаться с ней со свойственной тебе галантностью, — невозмутимо продолжила Джослин. — Будешь относиться к ней как к изысканной английской леди, приехавшей к нам из Лондона.

— Какого черта я должен разыгрывать этот фарс? — злобно полюбопытствовал Джаспер.

— Чтобы другие учились на твоем примере и поступали так же. Чтобы любой намек на твое неподобающее к ней отношение был опровергнут. — Она на секунду замолчала, потом спросила, понизив голос: — Она была девственницей, не так ли?

Джаспер стиснул зубы так сильно, что заныла челюсть. Потом сел и устало вздохнул. Ему очень не хотелось признавать правду, но солгать он не мог.

— Да.

Джослин кивнула.

— Что ж, будем надеяться, что она не забеременела. Разумеется, если ты не намерен узаконить свое постыдное деяние.

На столь нелепое замечание Джаспер даже не счел необходимым ответить. Эта женщина безумна, если считает, что он может жениться на хитрой, изворотливой ведьме, которая лгала ему и пыталась убить. И независимо от того, считает Джослин ее виновной или нет, Ронуэн участвовала в похищении Изольды.