Антон долго уговаривал Сашу положить его сумку вниз под сидение, мотивируя это тем, что наверху ее могут похитить воры, что сейчас жуликов пруд пруди. Саша согласился, лишь бы отвязаться. К ним в купе подсела тучная дама с не менее дородной дочкой, которой Антон немедленно представился и рассказал то же самое, что и Александру.

Дама и дочка внимательно с энтузиазмом выслушали от Антона его краткую автобиографию и тут же принялись рассказывать свою. Выяснилось, что у тучной дочки где-то поблизости живет жених, который подлым образом сбежал через месяц после свадьбы к себе домой, хотя его ублажали, кормили, поили, предоставили жилплощадь и такую чудесную жену. Тучная дочка рдела, когда мама ее хвалила, и тяжело вздыхала при упоминании о муже. Вот сейчас мама с дочкой направляются в город Запупыринск, чтобы вернуть беглеца в лоно семьи.

Саша слушал все эти откровения, лежа на верхней полке и пытаясь читать. Читать не удавалось. То ли истории, рассказываемые внизу то Антоном, то тучной мамой или дочкой были интересней, то ли книга, которую взял с собой Саша, была откровенно скучной. Потом семья из двух женщин начала снова есть.

Они уже ели, когда только сели в поезд, и снова принялись за еду часа через полтора. Стола не хватало. Кое-что пришлось разложить прямо на полке. Аромат жареной курицы перемешался с запахом помидоров и маринованных огурчиков, разнообразные соления и коренья наполняли стол, пироги и ватрушки лежали грудой, и все это пахло так классно, что Саша едва не захлебнулся слюной.

«Как же мог бежать этот недостойный муж от такого изобилия? — подумал Саша, — Просто какой-то неблагодарный!» Ему очень захотелось есть, но приходилось дожидаться окончания пиршества, так как места внизу уже не было, а есть на полу Саша по понятным причинам не мог. Антона угостили пирогом, он поломался чуть-чуть и с удовольствием захрустел румяной корочкой. Мучаясь от голода, Саша дождался, когда соседки убрали запасы еды к себе в сумку, слез с полки, достал курицу гриль, которую купил на вокзале, бутылку лимонада и хлеб.

Антон и соседки продолжали разговор, рассказывая уже о какой-то своей племяннице, у которой муж пьет и нигде не работает. «Кто не работает, тот пьет, — подумал Саша, — где-то я уже все это слышал». Приезжал на место назначения поезд поздним утром, за окном уже вечерело. Выяснилось, что соседки выходят в Запупыринске в шесть часов утра.

«Не очень далеко сбежал муж, — подумал Саша, — можно и вернуть». И словно услышав мысли Саши, тучная мама снова продолжила рассказ о негодяя зяте, который ничего не делал целыми днями, лежал на диване после работы, а работал он слесарем грузовых автомобилей, не халтурил, как другие, а все читал или телевизор смотрел.

А если и халтурил, то немедленно все и пропивал в тот же день. Половики вытрясать отказывался, посуду не мыл, носки свои и трусы не стирал, а кидал в ванной. Вот какой негодный человек этот муж! И сколько они ему ни твердили, сколько ни воспитывали — ничего не слушал! Просто взял в один день и сбежал. Бросил двоих детей, работу и уехал к своей маме в Запупыринск.

— Да, — лицемерно подпел Антон, — это же надо, какой безответственный человек. Я вот всегда все сам стираю. Зачем утруждать ближних.

Мама умильно посмотрела на лысеющего Антона и сказала:

— Повезло вашей жене.

— А у меня нет жены, — радостно сообщил Антон, — мы развелись пять лет назад. Я подумал, раз уж я сам себе носки и трусы стираю, и посуду за собой мою, то зачем мне жена?

— Как же, — удивилась дочь, — а любовь?

— А я ее до сих пор люблю, — признался Антон, — только издалека.