— А? — очнулся Саша. — Задумался я.

— Поешь, а то думами сыт не будешь, — сказала соседка.

— Это точно, — согласился Саша, — а что там у вас на ужин?

— Гречка с кабачками, — гордо ответила Полина Поликарповна.

«Ну, блин, попал!» — подумал Саша. Он терпеть не мог ни гречку, ни кабачки, но отказываться уже было бы нетактично и Александр подвинулся поближе к столу и взял из стола большую ложку. Полина Поликарповна поставила перед ним тарелку с едой, Саша собрался с духом и стал есть.

Саша поел, выпил чаю, поблагодарил Полину Поликарповну за ужин и решил съездить в общагу, проведать брата. На улице было не по осеннему тепло, даже можно сказать, что жарко. Саша надел белую футболку, джинсы и посмотрел на себя в зеркало. Выглядел он внушительно — широкие плечи, живые послушные мышцы перекатываются под кожей, хоть в кино снимайся в роли супермена, да никто пока не приглашает в Голливуд. Ничего, какие его годы, пригласят еще, даст бог. Александр поглядел в зеркало еще раз и остался собой доволен.

Он вышел на улицу и пешком быстро пошел к метро. Ехать от дома всего три остановки, но пока дождешься транспорта можно и ножками дотопать. Тем более лишняя зарядка никогда не повредит, да и денег сэкономишь. Хоть не велики и деньги, но копейка рубль бережет.

Саша шел быстро, но успевал замечать, что на него, на его хорошую фигуру с интересом поглядывают девушки. Это его радовало. Погода была прекрасной, дул теплый ветерок, трепетали, почувствовав его, облетающие листья тополей. В их кронах пели птицы, перепрыгивая с ветки на ветку. И хотя на дворе был конец сентября, но казалось, что снова пришла весна. А в такое время ни о чем, кроме любви и думать не хочется.

«Эх, влюбиться что ли?», — подумал Саша, огляделся, не нашел подходящей кандидатуры и вспомнил Аллу. С тех пор, как она ушла с их бешеной вечеринки, они больше не встречались, не звонили друг другу. Да, может быть в Аллу и можно было влюбиться, но рациональный ум Саши тут же спрашивал его мнительное сердце:

— Зачем влюбляться? Это помешает делу!

И мнительное сердце покорно соглашалось с рациональным разумом. Да, любовь разорительна, кроме того, она в основном скоротечна и, кроме того, очень болезненно покидает страдающее тело. Зачем все это нужно — любовь эта, страдания?

До Мишкиной общаги Александр добрался примерно через час, после того как вышел из дому. Пришлось ехать с пересадками на метро. А потом от метро еще на автобусе «пилить» пять остановок. Саша прошел через вахту, оставив свой паспорт, поднялся на второй этаж и постучал в латанную-перелатанную дверь комнаты своего брата, в которой Миша жил с однокурсником — флегматичным и занудным парнем Эдуардом.

Эдик все в жизни делал лениво — ходил лениво, говорил лениво, ел лениво, даже спать умудрялся тоже лениво. Он был длинноволосым и худым, походил на наркомана, но таким по заверению Миши не являлся. Просто у него был такой субтильный образ.

Саша постучал в обшарпанную дверь комнаты, где жил Миша, но ему никто не ответил. Тогда Александр решительно толкнул ее, дверь со скрипом распахнулась, в нос ударил запах не стираного белья, прокуренного воздуха и масляных красок. В комнате было темно, свет не проникал из-за темных штор, выключатель не работал.

Саша потянулся было к нему рукой, но вовремя заметил, что вместо выключателя из стены торчат два оголенных провода, зловеще покачиваясь, как усы таракана, который сидел тут же рядом.

Александр решительно прошел внутрь комнаты, огляделся в темноте и увидел что на кровати воссидел в позе бывалого йога Эдуард. Он был один, а Миши, судя по всему, дома не было. Кровать его была аккуратно застлана, вещи на удивление не валялись где попало.