Изменить размер шрифта - +

Месяцем раньше Микки через Чарли Крисуэлла послал записку Норквисту: «Ваша идея постчеловеческой цивилизации со значительно уменьшенным и экологически рациональным народонаселением будет реализована в полной мере. Вы измените мир, как никто другой. Я это видел, и Кирби Игнис — тоже» .

— Я не знаю, что здесь делаю, — начал Норквист.

— Знаете, — возразил Микки.

Холодные глаза цвета спелой сливы разглядывали Микки.

— Вы убили Кирби.

— Да.

— Почему?

Микки пожал плечами.

— Я безумец.

— Вы убили этих старушек-сестер, охранника, беспомощного слепого мужчину…

— Совершенно верно.

— И сбросили их тела в лавовую трубку.

— Наверное, сбросил. Точно не помню. Я собирался это сделать, скорее всего, и сделал.

— Почему?

— Обезумел, — и Микки обаятельно улыбнулся.

Ученый долго смотрел на него.

— Вы не кажетесь мне безумным.

— И тем не менее я абсолютно безумен. Меня это устраивает.

Следующий вопрос Норквист задал после еще одной долгой паузы:

— Откуда вы знаете, что я нахожу важным условием цивилизации будущего «значительно уменьшенное и экологически рациональное народонаселение» ? Я ни с кем не делился этими мыслями, даже с Кирби.

Тихим голосом, который звучал то как голос Кирби Игниса, то как голос Свидетеля, то как голоса других людей, которых он не знал, но, очевидно, знакомых Норквисту, Микки начал пересказывать грезу, которую увидел на кухне Кирби Игниса. Погром. Уничтожение городов. Одно, быстро подмявшее под себя всю планету. Логичная, простая экологическая система мира высоких, черных деревьев, светящейся травы и одного разума. Слова принадлежали не ему. Через него говорило Одно.

Захваченный этими откровениями, реагирующий на каждый новый голос, Норквист наклонился вперед, жадно ловя каждое слово. Когда Микки сделал паузу, ученый спросил:

— Как вам это удается… идеальная имитация?

— Одно вобрало в себя память миллиардов людей и может говорить, как говорили они. Наверное, оно передало эту способность мне. Или я всего лишь безумен. Но, как бы то ни было, у меня есть для вас еще одно сообщение.

— Сообщение?

Сообщение было долгим, но Микки передал его слово в слово, ни разу не запнувшись, закончив двумя фразами: «Я растение, животное, машина, я постчеловек, и судьба человечества — не моя судьба. Я свободно от любых обязательств» .

Выдохшись, Микки откинулся на спинку инвалидного кресла. Прислушался к себе, словно удивлялся, до какой степени стал безумным. Это пугало.

Норквист какое-то время следил взглядом за белками на лужайке. Солнечные лучики кое-где падали на траву, проскальзывая сквозь кроны дубов.

Сидя на табуретке у крыльца, медбрат хмуро поглядывал на них, возможно, гадая, о чем такой уважаемый человек, как доктор Норквист, мог столь долго говорить с безумцем.

Микки думал о том, что подадут на обед. Он так проголодался, что мог бы есть с двух ложек.

Потом он вспомнил еще одно сообщение, которое следовало передать.

— Еще один момент. В «Пендлтоне» живет некий Филдинг Уделл. Если вы заглянете к нему в гости и попросите помочь с финансированием ваших исследований, он согласится инвестировать в институт почти триста миллионов долларов.

— Откуда вы это знаете?

В легкой улыбке Микки читался укор.

— Понятно, — кивнул Норквист. — Вы безумец.

По ходу следующей паузы Микки обратил внимание, что доктор Норквист больше не разглядывает белочек. Он смотрел на внедорожник, припаркованный на обочине сельской дороги, далеко от поворота на подъездную дорожку «Дубовой рощи».

Быстрый переход
Мы в Instagram