Она проигнорировала его шутку. Он понятия не имел, насколько близок к правде. Лайон целовал ее с такой нежностью, с такой страстью. Как он мог…? Она сглотнула подступающие слезы.

— Значит, тебе будет не очень интересно узнать, что я гостья на ранчо Рэтлифов?

— Ты что… — послышался сильный шум на другом конце линии, потом ругательства, и голос Леса вернулся, на сей раз гораздо более сосредоточенный и серьезный. Она его отрезвила.

— Я уронил телефон. Так что ты говоришь? Ты там живешь? Вместе со стариком? Ты его уже видела? Что его сын?

— По порядку, Лес, не все сразу. Да, по приглашению генерала я живу в его доме. Съемочная группа тоже остановится на ранчо. В их распоряжении будет домик для рабочих.

— Я знал, что ты это сможешь, лапушка, черт тебя дери.

— Генерал Рэтлиф — настоящий джентльмен. Он согласился на интервью, но нам надо быть осторожными, чтобы не переутомить его. Он очень слаб, Лес.

— Но он ведь согласился, так?

— Да.

— А его сын?

Если бы Лес не был так взбудоражен новостями, он бы заметил значительную паузу.

— Он не так… воодушевлен. Но, думаю, он не станет нам мешать.

— Восхитительно, поразительно, волшебно. Если бы я был рядом сейчас, я бы поцеловал тебя так, что у тебя бы в ушах зазвенело и пальцы свело.

Она задрожала. Сегодня ее так уже целовали. Это был первый поцелуй, который возымел на нее подобное действие. Она была целиком поглощена Лайоном, его губами, его вкусом, запахом, прикосновениями, его телом, прижимающимся к ней. Они с Робертом были страстной парой… вначале, но…

— Энди, детка, ты еще здесь?

— Д-да.

— Ну так расскажи мне обо всем, куколка.

— Генерал очень добр. Я чувствую себя с ним как с собственным дедушкой. Он сказал, я могу спрашивать о чем угодно, кроме отдельных боев. Его…

— Воу, воу, погоди. Что это было про отдельные бои?

— Он сказал, он не станет отвечать на вопросы относительно определенных битв, только о войне в целом.

— Это становится любопытным.

— Почему?

— Ты когда-нибудь слыхала о военном, особенно о генерале, который не хотел бы рассказывать истории о войне? Думаешь, старому скряге есть что скрывать?

Она ощутила укол раздражения: Лес не просто заподозрил генерала во лжи, но походя его обозвал.

— Нет, — сказала она резко. — Я так не думаю. Я перебрала сегодня кучу газетных вырезок, датированных самым разным временем, вплоть до его отставки. Там не было ни одного намека на какой-либо скандал.

— Все-таки стоит об этом поразмыслить.

Она вовсе не собиралась об этом думать. Если в прошлом генерала Рэтлифа не все гладко, то она ничего не желает об этом знать.

— Сегодня я осмотрела дом — очень красивый, надо сказать, — и выбрала несколько мест для съемок. Мы проведем интервью в комнатах, которые удобны для генерала. Еще я хотела бы сделать несколько сюжетов на натуре. Будь добр, скажи Джилу взять какой-нибудь фильтр, чтобы мы могли приглушить шум воды.

— Воды? Какой еще, к черту, воды?

— В реке.

— В реке. Ладно. Что еще? Я сделаю список.

Она продиктовала ему весь список необходимой техники и оснащения, которое может понадобиться съемочной группе.

— Думаю, это все, — подытожила она, пройдясь по всем заметкам у себя в блокноте.

— Не совсем, — ответил Лес.

— Что еще?

— Ты могла бы рассказать мне, почему у тебя голос как у старшеклассницы, которая накануне веселого уик-энда обнаружила, что у нее закончились противозачаточные таблетки.