В то воскресенье, когда Элли плакала в его объятиях, он понял, какая она еще маленькая, хрупкая, и решил, что нужно подождать, дать время себе и ей.

Ему казалось, что ожидание – лучший выход из сложившейся ситуации, но на душе было тревожно. Точно так же чувствовала себя Элли.

Сидя на крыльце, он слышал, как она возится на кухне, убирая со стола после ужина.

Долго так продолжаться не могло, что-то все равно придется менять в их отношениях. Он хотел бы знать, как выбрать правильный путь, чтобы все не испортить.

Издалека послышался шум моторов, который прервал его размышления. Ли отложил газеты и журнал, снял очки и посмотрел на дорогу, ведущую к ранчо.

– Что за черт?

Он встал со ступенек и сошел вниз. Услышан шум, Элли тоже вышла, забыв оставить полотенце на кухне. По дороге ехали ярко украшенные автомобили. Словно огненная река, разрезая темноту, направлялась к их дому.

Автомобилей и пикапов было штук двадцать, все яркие, украшенные полевыми цветами и воздушными шарами, все отчаянно и громко гудели.

Что-то, наверно, случилось, – в недоумении произнес Ли, обращаясь к Элли.

Они заворожено смотрели на автомобильный кортеж, подъезжающий к их дому, и готовились к худшему. Когда все остановились, гудение прекратилось, из машин начали выходить люди: одни хлопали в ладоши, другие били в бубны, кто-то играл на гитаре, кто-то на аккордеоне, кто-то просто бил ложками по кастрюлям, сопровождая все смехом и песнями. Ли удивленно взглянул на Элли. Она лишь пожала плечами. И тут к крыльцу подошел Баз Шеппард.

– Шивари! – прокричал Баз и радостно стал выплясывать неведомый танец, стуча ложкой по старой жестяной кружке. – Шивари! Шивари!

– Шива… что? – выкрикнул Ли, обращаясь к Элли, но шум мешал что-либо услышать.

– Шивари. – Элли радостно захлопала в ладоши, на душе у нее потеплело. – Они устроили шивари в нашу честь.

– Черт, да кто-нибудь мне объяснит, что такое шивари? – вновь закричал Ли и положил руку на плечо Элли, чтобы привлечь ее внимание.

– Шивари – шутливый праздник с ироничными, веселыми серенадами в честь молодоженов, – объяснила Элли, вставая на цыпочки и почти крича Ли в ухо. – Старая традиция в Сандауне.

Ироничная серенада – хорошее дополнение к ненастоящему браку. Ирония – совсем не то, что нужно сейчас ему и Элли.

Но Элли улыбалась, она выглядела счастливой, и Ли не хотел портить ей праздник, поэтому тоже улыбался и радовался.

– Наверно, одна из самых старых и самых громких, – произнес Ли с улыбкой и помахал, увидев пастора Гуда и его жену Марту. – Значит, теперь мне придется разделить с ними наш ужин?

Глаза у Элли сияли, она вся светилась от счастья.

– Что-то подсказывает мне, что они готовы разделить с нами гораздо больше, чем мы с ними.

Наконец пение закончилось, и все направились к своим машинам. Слышались только смех и разговоры. Баз оставил свои кружку и ложку в машине, кто-то принес гитару, остальные начали доставать еду, красивые свертки и устанавливать столы прямо перед домом. Был даже свадебный торт, благодаря стараниям жены доктора Лундстрема.

Пораженный и потрясенный Ли думал только об Элли. Увидев ее счастливое лицо, улыбку, играющую на устах, он порадовался за нее.

Он лишь отошел чуть в сторону, чтобы не мешать гостям, то и дело входившим и выходившим из их дома, чтобы взять стулья, тарелки и другие необходимые мелочи.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

– Он с тебя глаз не сводит, – произнесла Пэг Лафроп, подцепив десертной ложкой кусок торта и улыбнувшись Элли.

Элли взглянула на Пэг, которая отыскала ее среди вороха оберточной бумаги, свертков и свадебных подарков, которые они с Ли недавно открыли.