Пэг вновь улыбнулась, заметив сомнение на лице Элли. Элли поискала глазами Ли и увидела его в проеме двери, между гостиной и кухней.

Он наблюдал за ней. Заметив, что она тоже смотрит на него, он отвел взгляд и начал наблюдать за Дороти Фергюсон, которая танцевала с Доном.

– Он не сводит с тебя глаз ни на секунду, – со знанием дела добавила Пэг, когда Элли вновь взглянула на нее.

– Да… – рассеянно отозвалась Элли и перевела взгляд с Пэг на Ли.

Он невероятно притягателен, красив и строен, уверен в себе и силен. Он рассмеялся на шутку Дороти, и улыбка его была обворожительной.

Элли помнила нежность его губ, их вкус и тепло. Она помнила его поцелуй в день их венчания, поцелуй страсти в ее постели, поцелуй в ванной. Она думала о них каждый раз, когда мыла посуду, собирала в курятнике яйца, каждую ночь, каждый миг, проведенный в одиночестве.

Пэг коснулась ее руки, слегка улыбнулась.

– Я думаю, ваши чувства взаимны.

Внимание Элли привлекли две подушки, подаренные Мартой Гуд. Ей хотелось бы согласиться с Пэг, она – ее верный и лучший друг. Пэг стукнуло двадцать шесть, и она была матерью-одиночкой. В их городишке проживало еще четыреста семьдесят три человека, но ни к кому Элли не относилась с такой нежностью, как к Пэг. Пэг всегда находила минутку поболтать с малышкой Элли, когда они сталкивались в церкви или встречались в магазине Лафропа, где Пэг работала в книжном отделе.

В отличие от большинства людей в их городке, Пэг не ставила болезнь Элли выше человека. Она общалась и любила Элли, не придавая значения тому, что говорят окружающие, видя в ней личность, а не забитую девчонку. Она не унижала и не жалела ее, принимала Элли такой, какая она есть, и именно поэтому Пэг, стройная красавица с карими глазами, была для Элли лучшим человеком на свете.

– Ну, – не унималась Пэг, нетерпеливо ожидая ответа, – рассказывай, не томи.

Элли зарделась. Пэг рассмеялась.

– Так все хорошо? – переспросила она, но улыбка сошла с ее лица, когда она посмотрела на грустное лицо Элли. – Ну… Что случилось? Что-то не так?

Элли не любила делиться своими переживаниями, но с Пэг она чувствовала себя в безопасности и могла рассказать ей все. Неожиданно для самой себя Элли произнесла:

– Хотела бы я знать.

Пэг ничего не ответила, она терпеливо ждала продолжения.

– Я не уверена, но мне кажется, Ли не в восторге от того, что женился на мне, – наконец проговорила Элли.

Высказав вслух свою догадку, она стала нервно теребить подаренную подушку, пытаясь избежать испытующего взгляда Пэг.

– Дорогая, не расстраивайся. – Пэг пыталась успокоить Элли. Оглянувшись, она увидела, что Ли внимательно наблюдает за Элли, и прочла в его глазах желание. – Не забивай себе голову. Когда он на тебя смотрит, то даже я, посторонний человек, вижу, как ты дорога ему и сколько страсти в его взгляде.

– Тогда почему я еще девственница после недели замужества? – прошептала Элли.

Пэг недоуменно взглянула на нее. Элли ответила ей смущенным взглядом и, переведя дыхание, добавила:

– А?

Элли выложила все, что волновало ее, рассказала о приступе в день свадьбы, о той, как Ли лежал рядом с ней всю ночь, и о том, что произошло в ванной комнате, а также о том, как уже неделю она проводит все ночи в одиночестве.

– Не падай духом, – утешила ее Пэг. – Мне кажется, я знаю, что происходит, но, чтобы удостовериться, расскажи мне все еще раз. И с подробностями.

Когда гости разошлись, Ли устроился в старом плетеном кресле на веранде.

Большие темные тучи заволокли почти все небо, оставив кое-где маленькие светлые клочки.