Спустя минут десять Мэри отыскала контору администрации промышленной зоны и подошла к столу секретарши. Она водрузила коробку, которая, к счастью, оказалась у нее в багажнике, рядом с табличкой «ТОНИ БРУНЕТТИ» и стала ждать, когда секретарша закончит жизненно важный для нее телефонный разговор.

— И тут я узнаю, — возмущалась в трубку секретарша, — что он встречается и с ней, и с ее подружкой, и вообще со всеми этими цыпочками. Со всеми.

Мэри отвела взгляд в сторону, но смотреть здесь было не на что: простенький офис с белыми стенами.

— Ну как так можно? — Тони схватила бумажный платок и промокнула им нос. — Я так и знала, что у него шашни на стороне.

Мэри старалась не вслушиваться в разговор, но все же уловила в интонациях Тони выговор Южного Филли. И это навело ее на мысль гораздо лучшую, чем та, с которой она сюда пришла.

— И почему я такая дура? — Тони скривила губки, очень аккуратно, чтобы не смазать помаду. — Слушай, ко мне тут пришли. Я тебе потом перезвоню. Пока. — Она положила трубку и подняла на Мэри заплаканные глаза.

Мэри вдруг стало жалко девушку.

— Вы не хотите умыться, подкраситься? Я подожду.

— Нет. Все в порядке, — ответила, смаргивая слезы, Тони. — Этой радости он от меня не дождется.

— Я вас понимаю, — сказала Мэри, стараясь говорить не своим голосом. — Вы ведь родом из Южного Филли?

— Точно! Угол Шестнадцатой и Вольф.

— Да что вы! — улыбнулась Мэри. — Приход Святой Моники? А я в Горетти училась.

Обменявшись воспоминаниями, женщины передали друг другу миллиарды битов информации быстрее, чем это сделал бы процессор «Пентиум», и выяснили, что у них много общего.

— А сюда вас как занесло? — поинтересовалась Мэри.

— Да дружок мой, сволочь такая, живет в этих местах.

— Ничего, он свое еще получит, — сказала Мэри, заранее начав испытывать угрызения совести. Чувствовала она себя неловко, однако выполнить свою миссию была обязана и надеялась, что еще одна ее ложь никому не принесет большого вреда. — Знаете, поверить не могу. У нас с вами столько общего. Даже больше, чем вы думаете. Я ведь попала точно в такую же историю.

— Правда? — Тони вытаращила на Мэри мокрые глаза.

— Да. Поэтому я и здесь. Я встречалась с Джастином Сараконе из «Сараконе инвестментс». Богатая семья.

— Боже ты мой! — Тони прижала к губам наманикюренные пальчики. — Знаю я это дерьмо! Как ни придет сюда, сразу начинает ко мне приставать, а ведь женатый человек!

— Вы меня не удивили. Мне-то он, когда мы познакомились, сказал, что не женат, ну а теперь все кончено. — Мэри пододвинула коробку вперед по столу. — Это его барахло. Я уж собралась его манатки в почтовый ящик запихать, но потом передумала. Отошлю все это к нему домой. На имя жены.

— Отлично! — Тони даже в ладони захлопала от удовольствия.

— А то всегда этим мужикам все сходит с рук. Ни одному ведь их дерьмовому слову верить нельзя.

— Ни в коем случае.

— Мы тоже драться умеем!

Мэри подняла руку, и Тони звонко хлопнула о ее ладонь.

— И будем драться! Сделайте это! Сделайте! Сделайте!

— Вот только его адреса у меня нет.

— У меня есть.

— Дайте мне.

Торжествующая улыбка Тони внезапно увяла:

— Не могу. Это запрещено.

Черт! Еще одна жертва приходского воспитания.