— Вперед, Сакурай-кун, я даю тебе право нанести первый удар. — Чего, чего он сейчас сказал? «Убей же меня, наконец»? Так херня базар, сейчас устроим.

— Как скажете, Сатэ-сан. Как скажете…

Его белая полупрозрачная рубашка, белые брюки, холеное лицо, все это прямо-таки кричало, чтобы их замарали кровью и соплями. Но увы, сделай я так, и у него может возникнуть желание поквитаться более основательно. И за те несколько дней, что ему отмерено в будущем, он вполне может успеть набедокурить.

Встав в боксерскую стойку, я в три шага приблизился к противнику. Удар правой чуть выше и правее сердца одновременно с последним шагом, похоже, стал для него неожиданностью. В принципе все, прощай, Сатэ. Но представление надо отыграть до конца.

От левого в бочину он защищается локтевым блоком и мгновенно реагирует ударом сверху в висок. Пригибаюсь и бью его уже в правый бок, который он защитить не успевает. Силу удара я подобрал так, чтобы его не особо крючило. Чувствительно, но не опасно. Сразу после правой бью левой в висок, в ответ он опять же ставит блок. Скорость свою я тоже под него подстроил. В ответ на мои действия Сатэ делает короткий прыжок вперед, одновременно выстреливая мне коленом в грудь. Блок руками защитил меня от колена, но подставил под короткий апперкот правой. И это был очень хороший момент, чтобы завершить схватку. Показал я себя, вроде, достойно, Сатэ потрепал несильно, можно и заканчивать. А то, что бой короткий, это нормально. Так обычно и бывает.

Апперкот был хорош. Настолько хорош, что я даже на мгновение потерялся. Я! Ведьмак ранга «абсолют»! Потерялся от обычного удара! Если бы не это, то после соприкосновения его кулака с моей челюстью, я бы просто упал. А так инстинкты и рефлексы победили разум, не дав мне упасть. В итоге я всего лишь сделал пару шагов назад, но включившийся разум, слава богу, не подвел. Сделав еще несколько неуверенных шагов назад, я резко упал на колени, как мог, изображая прострацию. Похлопав зенками, повернул голову в сторону судьи и завалился на бок. Подбежавший ко мне рефери начал отсчитывать время, а я в этот момент перевернулся на спину и, по-прежнему изображая неадекват, нашел взглядом второго «судью». Либо я слепой, не следящий за окружающим пространством лошара, либо мы с Сатэ так или иначе попадали в зону чувствительности хотя бы одного «мастера».

Перевернувшись на живот, кое-как поднялся на колени. В этот момент рефери выкрикнул «десять» и помахал надо мной руками, заканчивая тем самым бой. Меня же в этот момент волновало лишь то, где сейчас Шина. Наконец, найдя ее взглядом, убедился, что девчонка по-прежнему находится в старой компании, и рядом с ней нет подозрительных личностей.

— Это был отличный бой, Сакурай-кун, — сказал подошедший Сатэ. — Будем надеяться, что этого хватит для понимания… всем. — Это он на меня, что ли, намекает? А то, что его удар обязательно бы убил кого послабее, это, как бы, уже не в счет? Да и ладно. Отвечать я ему не стал, ибо выход из образа. Сейчас Сакурай-кун ни хрена не понимает.

Хмыкнув, Сатэ направился прочь с ринга, а меня, подхватив, отволокли к какому-то дядьке, видимо целителю. Пока меня обрабатывали какой-то бирюзовой энергией, Шина, как и вся наша компания, стояла рядом, пристально смотря мне в лицо. Сатэ с ними не было. Его увел в дом какой-то длинноволосый парень, видимо старший из братьев Охаяси. Сходство, во всяком случае, налицо. А ведь меня сюда затащили, чтобы поговорить, вот только не спешат с этим. Так может домой? Не хотите общаться, так идите в жопу. Я сюда вообще не хотел идти.

Закончив со мной, местный целитель уверил, что со мной все хорошо, после чего сдал меня на руки Шине.