Когда я уже убирал бумаги в пространственный карман, пальцы нащупали там еще кое-что. Тот самый сложенный клочок, переданный Мишкой. Ага, обряды, похожие на тот, который собрался сделать Уваров с более, чем подробным описанием. Еще бы, это же Максимов. По большей части все переписанное не заслуживало внимания, кроме разве что одного: обряда Сопряжения. Как обычно, нашлись и плюсы и более, чем жирные минусы. Например, имелся риск попросту сойти с ума. Но вот «сила суммируется согласно изначальным данным всех существ, навсегда и без возможного отката» заставила задуматься. Почему бы и нет. Хотя тут практически следом шло «состояние оболочки после данного обряда может носить непредсказуемые формы трансформации».

Как не любил рисковать Уваров, он выбрал наиболее практичный и безопасный, если вселение разума в тело короля инший, можно было назвать таковым, вариант. Значит, этот обряд совсем уж безумие.

Спрятав все бумаги и попрощавшись с доном Гарсией (невоспитанный мертвяк даже не кивнул в ответ), я вышел из склепа. Нежить встретила с некоторой опаской. Ну да, черной силой от меня буквально фонило за километр. Да и чувствовал я себя более заполненным. Теперь надо выручать незадачливого банника с новоиспеченной семьей.

Я мог дать руку на отсечение, что в тувинском доме меня ожидают как минимум двое — один с топором, другой с лопатой. А, может, у них и помощники есть. Точный ответ на вопрос: сколько нужно мдвошников, чтобы поймать одного искусника, я не знал. Но догадывался, что вряд ли один. Однако был уверен в собственной силе. Черная магическая энергия давала определенные преимущества.

Аппарация вывела меня к самой кромке леса, аккурат между поселением немощных и бывшим домом. К большому удивлению, со стороны последнего раздавался смех и громкие голоса. Мои потенциальные убийцы даже не думали прятаться. Чудесны дела твои, Господи, что и говорить. Может, они еще и сами себя связали, чтобы мне не пришлось напрягаться?

Я осторожно зашел в отворенную дверь, разглядывая незнакомцев. Глаз, который скастовал предварительно, уже сообщил, что их трое. Двое наставников, один искусник. Либо Уваров не знал, какой силой я обладаю, хотя после вторжения на склад этот вариант отметался, либо думал, что сюда попросту не приду. Оттого и ребят таких выставил. А, может, у него не хватает людей? Тоже вполне вероятно.

Говорят, что сидеть в засаде занятие в высшей степени утомительное. Эти блюстители могли с легкостью поспорить с данным заявлением. День они коротали за пузатой, очень уж знакомой бутылкой, закусывая квашеной капустой и солеными огурцами. Пища низкокалорийная, оттого троица уже захмелела. По сути, я мог их брать сейчас голыми руками. Скастовать Жернова, перемалывающие все живое, и наблюдать за человеческим фаршем.

Останавливал лишь мой крестик на столе. Заклинание мощное, думаю, под него попадет и Потапыч с Катериной. А вот этого бы не хотелось. Надо придумать что-то другое, тоже связанное с разделение живой и черной магическими энергиями. Только не такое летальное.

— Стой, — увидел меня один из блюстителей.

Даже на ноги вскочил, пусть и слегка покачивался. Его товарищей хватило лишь на то, чтобы обернуться. Подняться они не захотели или не смогли, напряженно следя за мной.

— Стою, — ответил я, разжав пальцы.