— А если я не захочу?

— Ты же не красна девица, хочу-не хочу, — фыркнул Терлецкий. — Я с тобой, разговариваю, как со взрослым человеком. Подумай, какое будущее тебе светит, если ты вдруг решишь поссориться сразу с половиной высокородных семей. Да и самим Охранителем.

Я не стал говорить, что с математикой у Терлецкого так себе. Пять — это не половина от тринадцати. Но смысл уловил, поэтому письма забрал. Мне же еще отсюда выбраться надо. Не качать же сейчас права.

— Официально приглашение от семьи Терлецких прошу считать сегодняшним днем, — сказал вслух Охранитель, а все остальные друг за другом повторили его слова. — Времени, почитай, согласно закону о вступление в фамилию, месяц. Начнешь хитрить, попытаешься в другой род уйти, тебе же хуже. И себя подставишь, и семью приютившую.

Как и следовало ожидать, Терлецкий обрубал все пути отхода. Собственно, я бы удивился, если бы мне удалось сходу его перехитрить. С другой стороны, определенный козырь имелся. Спасибо высокоуважаемому господину Уваровау. Это вот серьезно, без всякой иронии.

— Что-то ты чересчур спокоен, — нахмурился Терлецкий. — То бегал от нас, нос воротил, а теперь и слова не скажешь.

— А чего тут говорить? — пожал я плечами. — Приперли меня к стене, тут, хочешь не хочешь, придется на уступки идти.

— Это ты правильно понял, — улыбнулся Игорь Константинович. Однако выражение его лица вместо приятного стало еще более надменным. — Я опасался, что дурковать начнешь, характер показывать. А ты вроде парень с головой. Тем лучше. Тогда, раз все все поняли, будем тебя возвращать.

— Что, прям в Башню?

— Нет, конечно. Есть у высокородных одно секретное место. Куда кроме нас остальным вход заказан. На территории школы, естественно. Оттуда в Башню и доберешься. Скажешь, что задумался, место другое представил. Вот и перенесся.

— И Ментор поверит? — с сомнением спросил я.

— А ему деваться некуда. Если начнет выспрашивать, кто надо объяснит, что так делать не следует. Остальным же молчок. Понял?

Я кивнул, хотя мысленно поблагодарил Терлецкого, что он не потребовал провести ритуал молчания. Значит, будет возможность посоветоваться с Байковым. Нет, не по поводу — к кому именно приткнуться в поисках защиты. К высокородным я не собирался. Надо заняться подсказкой Уварова.

— Ну, тогда, господа, я верну мальчишку назад, — обратил к своим спутниками Терлецкий.

— Игорь Константинович, я бы не хотел, чтобы вы оставались с ним наедине, — вступился Смолин.

— Не доверяете?

— Уж чересчур сильным методом убеждения вы обладаете.

— Я в свою очередь не хотел бы отпускать Бориса Павловича, — заметил Куракин, взглянув на Смолина.

Высокородные немного попереговаривались, но в конечном итоге решили отправиться все вместе. С точки зрения расходования силы — это было верхом нерациональности. Аппарация тем и плоха, что приходилось затрачивать слишком большие запасы энергии. Однако за недоверие нужно платить. Потому аристократы взяли меня за руки, встав по кругу и мы переместились.

Вообще, я ожидал, что телепортация мне не понравится. Когда очутился в лесу, то не успел прочувствовать свои ощущения. А теперь прислушивался к организму. И… ничего. Будто за булочкой в столовую сходил. Разве что чуть быстрее.

Я осматривал пустой кабинет без окон, припорошенный пылью. Да, давненько тут не ступала нога человека.