Волна уже докатилась до нас и стихла. Одна магическая сила столкнулась с другой. Если раньше земля вздымалась без особых усилий, то теперь высота вала стала резко снижаться. С другой стороны, поднятая уплотненная почва представляла большую опасность, чем ранее.

— Щиты! — успел крикнуть Князькин, прежде, чем нас накрыло.

А я почувствовал, будто меня ударило, изнутри. Несильно, но больно, словно со всего размаху въехал локтем о парту. Так отреагировали щиты. В наступившей темноте я ощущал лишь присутствие «наших», работала-таки спасительная аура.

— Землевики, нам надо выбраться наружу! — услышал я голос поборника.

И даже среагировать не успел, а маги уже стали разбирать завалы. Быстрее самых мощных бульдозеров. Этим и отличались опытные волшебники от нас, школьников — количеством времени при принятии решений. Я сделал лишь декоративную составляющую, вырубил в образованной земляной куче ступени, чтобы легче было выбраться наружу. За что получил от Куракина емкое: «Выпендрежник». Вот посмотрел бы я на эту высокородную морду, когда ему пришлось бы карабкаться по наваленной земле наверх.

Стихийные атаки пусть не уничтожили наше войско, но довольно сильно потрепали. Большая часть магов невозмутимо выбиралась из-под земляной ловушки, но имелись и такие, которых остались погребены навсегда. Они угадывались по огромным неподвижным курганам. Либо щиты оказались слабы, либо необходимо было поработать магам земли. Теперь об этом уже поздно размышлять.

— Маги земли, — прозвучал у меня в голове голос воеводы. — Раз уж эти слизняки сделали нам такой подарок, глупо было бы от него отказываться. Выровняйте насыпь, займем позиции на ней.

Я обернулся и понял, что приказ прозвучал исключительно для нас, землевиков. Ну еще командиров. Потому что Князькин тут же стал подгонять остальных.

Не скажу, что это было легко. Действовать пришлось с особой осторожностью, чтобы не дай бог какой-нибудь высокородный не провалился под землю. С другой стороны, кто мне потом что скажет? Погиб в сражении. Хотя Куракин мне нужен. Еще приказ осложнялся работой в группе. Раньше мне подобным заниматься не приходилось.

Я чувствовал, как опытные маги направляют меня, сглаживая слишком бурные потоки моей силы. И мысленно был благодарен им за это. В достаточно короткое время бесформенные глыбы земли превратились ровный насыпной холм. Я старался не думать, что под ним покоятся наши соратники. Этим было попросту некогда заниматься.

— Воздух! — разорвал напряженную тишину зов воеводы.

Войско противника пришло в движение. И мы тут же ощутили его мощь. Небо заполнилось криком и клекотом крылатых бестий. Наездники грифонов и пегасов набирали высоту. Наперерез им поднимались наши «истребители», располагавшиеся все это время позади, на относительно безопасном отдалении. Но что могло сделать несколько десятков грифонов против сотни?

— Может Иглы? — спросила Светка, произведя предкаст заклинания.

— С такого расстояния не попадем. Или заденем своих.

— Воздушники, приготовится! — с тревогой приказал Князькин. — Они сейчас будут сбрасывать отраву.

Аганин поиграл желваками и задрал голову. К моему удивлению, вместе со всеми вперед подалась и Зыбунина. Она-то что там увидела?

Наверху уже кипел бой. Наши с отвагой бросились на врага, не жалея ни себя, ни своих грифонов. Летели перья, лилась кровь, падали мертвые существа со своими наездниками.

— Чтобы вырастить и обучить одного грифона требуется семь лет, — с досадой прообормотал Куракин. — Пегаса три.

Ну да, я на мгновение и забыл, чем занимается его семья.